Поразительно, как схоже то, что происходит в Соединенных Штатах и РФ сегодня. Что в Америке, которая вроде как победила СССР в Первой Холодной, что в РФ и на обломках Советского Союза. Один и тот же постиндустриальный геноцид. И там, и здесь разрушение промышленности привело к катастрофе. Смотрю на происходящее глазами ПАРТИИ ДЕЛА — и душа наполняется гневом. Если американцы все-таки взбунтовались и привели к власти Трампа — националиста и протекциониста — то русские пока вымирают безмолвно.

Мне понятно, что за Трампом — мощная поддержка американского народа и промышленного капитала, ненавидящих финансистов и не желающих погибать. Трамп имеет все шансы на переизбрание.

Максим Калашников очень любит изучать американские детективы. И если романы Эрла Стэнли Гарднера с его Пери Мэйсоном передают нам реалии Соединенных Штатов 1940–1950-х, то триллеры Дэвида Болдаччи — это жуткие реалии Америки, попавшей под власть глобализаторов и сторонников «свободы торговли». Жизнь США, которых лишили промышленности. У Болдаччи детективная история часто разворачивается в умирающих городках Ржавого пояса (Среднего Запада и части Восточного побережья) Соединенных Штатов. В местах, где за Трампа — горой.

«У нас тут в городе миллион всяких проблем. Предприятия закрываются. Дома заложены-перезаложены. Куча народу сидит без работы и без всякой перспективы ее получить. Одни наркоманы вокруг…

…Когда я был маленьким, шахты и фабрики еще работали. У людей водились деньги. Отцы вкалывали, матери сидели по домам, растили детишек. По воскресеньям люди ходили в церковь. В центре жизнь била ключом. Потом шахты с фабриками позакрывались, и все полетело под откос. Потому что вся жизнь была в этих шахтах и фабриках. Не будь их, никакого города тут вообще не было бы…

Давным-давно Бэрон-старший, который приехал сюда незнамо откуда, открыл здесь месторождение угля. Построил городок, потому что ему нужны были шахтеры. Сколотил на шахтах целое состояние. Потом открыл угольные заводы — кокс тут пекли, затем ткацкие фабрики, а чуть позже и бумагу стал делать. Наткнулся вдобавок на природный газ — вот тебе еще денежки…

…Когда в семидесятых вообще вся экономика вошла в штопор и производство стали переносить за океан, так и вовсе все остановилось…»

Так Болдаччи рисует Бэронвилль — собирательный образ городка Ржавого пояса. Подчеркнем: роман «Падшие» — 2018 года, свежий. Впрочем, Болдаччи и раньше о таких городках писал.

Чтобы понять, почему Трамп с его программой новой индустриализации Соединенных Штатов был выбран, откроем неплохой детектив «Абсолютная память» того же автора (2015 г.). Описывая преступление в городке (расстрел школьников), автор пишет: «Берлингтон, даже без военной базы, некогда был процветающим промышленным городом, подобно тысячам сообществ, пунктиром рассекающим середину страны. Теперь, когда все производство было переведено за границу, здесь оставалось создавать только нищету. В городе были две сети продовольственных магазинов… Самыми популярными продуктами были килограммовые упаковки гамбургеров и бочки приторно-сладкого апельсинового лимонада. Оживленно торговали и точки фастфуда, откармливая до невозможного состояния молодых и старых, и прогнозы роста диабета, рака, инсультов и болезней сердца уверенно били все рекорды…
Немногие состоятельные жители Берлингтона жили в закрытых поселках на западе города и редко выбирались оттуда. Остальные делили между собой три другие стороны света. Бездомные жили на улицах в дырявых спальных мешках…»

Болдаччи описывает реалии деиндустриализованного города: пришедшая в упадок школа, преступность среди молодежи, у которой нет шанса на достойную жизнь дома, стрельба свихнувшихся по школьникам. Вот почему огромная часть Америки не захотела подобной жизни и пошла за Трампом, сулящим новую промышленность и рабочие места.

Но в «Падших» он идет еще дальше, показывая анатомию и страшные последствия деиндустриализации, до боли похожие на постсоветские реалии.

За уходом промышленности начинается вырождение общества и людей. Место закрытых заводов в пенсильванском Бэронсвилле занимает огромный ЦВЗ — роботизированный Центр выполнения заказов для Интернет-торговли. Необъятный склад для товаров из стран Азии, куда ушла промышленность. Но здесь еще полно ручного труда. Например, у сортировщиков. Здесь время обращается назад: люди надрываются и вынуждены рвать спины, таская тяжести и вкалывая подчас по 12 часов. Под контролем надзирателей.

«…Когда на мобильное устройство сортировщика поступает сигнал о принятом заказе, тот должен немедленно метнуться к стеллажу, в котором хранится запрошенный товар — система сама его туда направит. И процесс пошел. Тем, кто там работает, приходится управляться с предметами весом до пятидесяти фунтов и проводить на ногах до двенадцати часов в день. Люди за смену до пятнадцати миль пешком проходят…»

Хотя и платят вроде бы неплохо, но набрать на работу местных жителей трудно — они повально подсели на наркотики. Ибо жизнь их стала серой и скучной. У них нет перспектив, будущего. «…Никто не проходит тест на наркотики. Начинаем уже набирать людей из других районов — даже из соседнего штата, из Огайо…»

Поэтому в Бэронсвилле в год почти сотня человек умирает от передозировки наркотиков. Из той же книги Максим Калашников узнал, что в США начала 2000-х годов разразился Опиоидный кризис — огромный рост потребления опиоидных обезболивающих средств. Они оказались очень доступными. Дело в том, что как раз в самый пик вывода производства из Америки в Китай, в 90-е, фармацевтическая промышленность США стала предлагать массу опиоидов, якобы «не вызывающих привыкания», а врачи принялись прописывать их налево и направо. То есть, пошла в ход наркотизация простонародья, лишенного рабочих мест. Ее прозвали «пенсией Ржавого пояса».

Понятно, что в Бэронвилле, как и в других подобных городках, приходит в упадок и образование. Закрылись предприятия — оскудел и бюджет города.

«…Нет налогов — нет денег, чтобы привести это здание в порядок. Да и учеников у нас вполовину от того, что было раньше. Великий исход из Бэронсвилляя продолжается. Вообще-то лет тридцать, как продолжается…» (То есть, с 1988 г. — М.К.)

«…Бюджет в очередной раз урезали… Вбухивать миллионы в спортивные арены — это мы можем, а вот на детишек лишний цент когда-нибудь потратили бы!»

Таковые реалии геноцида в форме лишения народа его промышленности. Тут люди сходят с ума и становятся наркоманами из-за бессмысленности нынешней жизни. «Есть еще тысячи мест точь-в-точь как это. Где люди когда-то просыпались каждое утро и гли на работу с какой-то определенной целью. Теперь у них нет цели. И работы нет. И какого-то осознания собственной ценности тоже. Не зря этот Опиоидный кризис называют эпидемией отчаяния…»

Болдаччи рисует картину того, как Инетернет-торговля разоряет гипермаркеты и торговые моллы. Люди, которые спасались от безработицы там, уходя с закрытых заводов в супермаркеты, снова оказываются на улице. Тупое государство не заботится о том, где им трудиться и зарабатывать…

Как видите, читатель, происходящее в Америке очень напоминает то, что происходит в сырьевой РФ, в ее деиндустриализованных городах. Различаются лишь нюансы. В наших Брянске, Кологриве или Гороховце больше спиваются, нежели погибают из-за наркотиков. Хотя и тут в РФ наверстывают Америку. Реклама дури — на всех стенах. Точно так же люди становятся двуногими животными из-за телевизора. Да, в Америке нет горских республик — а то бы этнокриминальные банды держали бы такие городки Ржавого пояса под своей властью. Но это — не принципиальное различие.

А так — все то же самое. Упадок школ и медицины. Они впадают в самые разные мании и коллективные сумасшествия, становясь все более и более ненужными. Ибо кого прельстят люди, потерявшие квалификацию и не обладающие уже элементарными научно-техническими знаниями? Теряющие способность к рациональному мышлению люди впадают в идиотизм. Одни верят в то, что Земля — на самом деле плоская, что прививки — зло, а люди никогда не сажали своих аппаратов на другие планеты. И при этом можно восстановить Советский Союз, завядя нужную бумажку для каждого. И вообще можно не работать — надо лишь правильно разделить сырьевые доходы между всеми. А часть уходит в АУЕ — в криминальные стаи и жизнь «по понятиям». Ибо в городах, лишенных промышленности и работы, расцветает низовая преступность…

От профессора Международной академии архитектуры Максима Перова знаю, что уже есть термин — «потребительские города» в экономике Сырьевой Труюы. Здесь ничего не производят. Только перераспределяют нефтедоллары. Это — теперешние города РФ. В условиях деиндустриализации 70% городов РФ — кандидаты в бэронсвилли. Жить им не с чего. Кто в них живет? Те, кто содержится государством — чиновники, врачи, учителя, полицейские. Да еще пенсионеры. Ну, есть еще те, кто их обслуживает — торговля и персонал сферы бытовых услуг. И работники коммунального хозяйства. В остальном же город целиком сидит на шее нынешнего государства.

АМЕРИКАНЦЫ СМОГЛИ СОПРТИВЛЯТЬСЯ. А ВОТ МЫ…

Испытываю невольное уважение к простым американцам, к этим работягам-«краношеим» Если русские предпочли угасание под властью ельцинской и путинской команд, то янки смогли привести к власти Трампа. Тот, в отличие от Путина, послал подальше «свободу торговли» и заявил: «Хватит вывозить в Китай наши рабочие места, а завозить к себе безработицу!». И стал обкладывать импорт в Америку значительными пошлинами. Мол, не хотите их платить — производите все в моей стране. Хоть американские компании, хоть иностранные. Давайте работу американцам, обеспечивайте им высокие зарплаты. Что, товары подорожают? Ничего — это плата за высокие заработки и за уничтожение безработицы. Зато жалованье расти сможет, образованные и квалифицированные люди найдут себе приенение. Обретут смысл и цель жизни. Снова появится нация инженеров и механиков. Найдут применение в производстве создаваемые в Америке высокие технологии.

И это гораздо более внятная политика, нежели кремлевское блеяние про низкую инфляцию да цифровизацию. Так и хочется спросить у наших сановных болванов: а вы знаете, что цифровизация начинается с производства? Прежде всего дигитализация начинается на заводах и фабриках!

Читаю о забастовке в Америке 1934 года. Тогда поднялись рабочие автопрома в Детройте и Толедо, текстильщики Фол-Ривер, шахтеры Алабамы, рабочие алюминиевых заводов, швейники Нью-Йорка, Чикаго, Сен-Луи, Кливленда, обувщики Лина (Массачусетс), рабочие текстильной индустрии. Да, тогда Америка все делала сама — с рабочими местами проблем было куда меньше. А где сейчас швейная промышлненность Нью-Йорка? Или обувная из Массачусетса? Правильно: в китайском Гуанчжоу, в Индии. Алюминий же везут из РФ. Детройт же стал городом-призраком, живым трупом, руинами. Не помогло строительство в нем ни ледовой арены, ни парков.

Трамп решительно все меняет. Делать все самим! Обеспечить американцам будущее и заработки! Ввести пошлины на импорт из Китая!

Понятно, что против такого экономического национализма Трампа восстанут трутни и пустоцветы мегаполисов. Все эти креаклы и хипстеры, привыкшие к дешевому импорту. Голые потребители, коим наплевать на страну и ее будущее, они прекрасно споются с люмпенами, обитающими в жирных складках больших, космополитических городов. С получателями социальных пособий, с теми, кто толкает наркоту в Южном Бронксе. Во всяких мега-сити полно нищих бездельников, коими нужна дешевая китайская дрянь. То есть, есть возможность антииндустриального бунта хипстеров и люмпенов, ведомых финансистами — главными организаторами выноса реального сектора в дешевые азиатские страны.

Трампу не хватает своей политической силы. Так, чтобы можно было в случае чего ввести в мегаполисы отряды коренных американских работяг — и задавить беснование саранчи-потебителей, готовых проесть собственную страну. Пудовыми кулаками. Силами отрядов новой индустриализации. С ударом по главной нечисти — финансистам-ростовщикам. Кто знает — может, это придется делать нашими силами в варианте новой русской индустриализации.

А пока русские, в отличие от американцев, продолжают покорно, безропотно угасать. Правящая в РФ «илитка» вроде как силится развивать города, на словах заботясь о городской среде. Но что они строят в городах? Очередные стадионы, ледовые дворцы, развлекательные центры. Или вот решили соорудить огромную статую Христа во Владивостоке. А за счет чего будут жить ваши города? На чем зарабатывать? Давать работу миллионам обитателей? Где новые передовые производства? Простите, но к стадионам и центрам увеселений нужны производства.

«Молодые урбанисты рассматривают город как пространство бесконечного потребления и общения, город прогулок и тусовок. Такой хипстерский рай. Но забывают, что в городе основная масса людей работает!» — заявляет архитектор Максим Перов («Эксперт», № 9, 2019 г.).

Нет, дегенераты, мир подошел к черте опасной и жестокой ломки. Не время для хипстеров. Наступает эра Железных Национал-Индустриалов. Пускай с роботами, цифровизацией и Ай-Ти — но производство и протекционизм станут во главу угла. Лишь та страна спасется, где будет работать СВОЯ промышленность.

Источник: Livejournal

Фото: Livejournal

Назад к списку
Поделиться
Следующая запись
Мегалополисы и пустыни