<p>Прежде чем говорить о том, что девальвация рубля может дать импульс к оживлению российской экономики и как-то обеспечить повышение уровня конкурентоспособности российской промышленности, нужно давать себе отчет в том, что то понижение курса рубля, которое мы видим последние полтора месяца наполовину является объективным, а наполовину или даже больше, рукотворным и искусственным, спровоцированным российскими финансовыми властями и приближенными к Правительству спекулянтами, которые решили нажиться на валютной панике.
</p>

<p>Напомню, что новое руководство ЦБ России во главе с Эльвирой Набиуллиной и её помощником по денежно-кредитной политике Ксенией Юдаевой (кстати, обе они связаны с Германом Грефом – либо через ЦСР и Минэкономики, либо через Сбербанк России – и, как мы видим, обе сделали хорошую карьеру и попали на руководящие должности в ЦБ России) приложили руку к созданию и раскручиванию паники на валютном рынке. Эти две дамы, чьи профессиональные способности не вызывали особенного оптимизма у экспертов и экономистов, сделали то, что делать было ни в коем случае нельзя. Они создали панику на валютном рынке и спровоцировали масштабную атаку на российский рубль. В конце 2013 года они рассуждали о том, что России пора переходить на плавающий курс рубля, что рубль не должен контролироваться регулятором. И это на фоне затухания российской экономики, кризисного состояния промышленности, бегства капитала, падения рентабельности отечественных товаропроизводителей и разрастания негативных настроений вокруг перспектив рубля. Затем Ксения Юдаева в начале января 2014 года дала интервью газете The Wall Street Journal, где открыто заявила, что российская финансовая система, якобы, может выдержать девальвацию рубля на 30 процентов. Это было воспринято спекулянтами как вполне себе однозначный сигнал того, что наши власти готовятся к сильному обесцениванию рубля. </p>

<p>13 января, текущего года, Центробанк решил по неведомой причине доказать свою приверженность вульгарному либерализму, отчитаться перед Вашингтоном и объявил, что он вообще отказывается от проведения целевых валютных интервенций. Хотя эти интервенции носили больше психологический характер, были весьма мизерными по своим масштабам (менее 60 млн долларов), но этого было достаточно для того, чтобы международные финансовые спекулянты, а также российские крупные банки и разного рода посредники открыли короткие позиции по рублю и стали массово от него избавляться, скупая американскую валюту.
</p>

<p>
ЦБ РФ вместо того, чтобы оказать психологическую поддержку российскому рублю, нивелировать риски и пессимистичные настроения сам подлил масла в огонь: Набиуллина, будучи аспиранткой видного российского реформатора Евгения Ясина, решила действовать в духе "шоковой терапии" начала 90-х годов – тушить разгорающийся пожар бензином. Получилось блестяще – рубль покатился под откос такими темпами, которых не видели с осени 2008 года.
</p>

<p>
Причем Центробанк усугубил ситуацию дважды. Сначала решил бороться с якобы нечистыми на руку банками, начал проводить масштабный отзыв лицензий, закрывать банки, пусть не первой величины, но из списка 50-70 крупнейших кредитных организаций (таких как Мастер-банк, Инвест-банк и другие). Этим также ЦБ спровоцировал панику на рынке, капиталы стали из страны утекать. Да, затея, безусловно здравая необходимо бороться с легализацией преступных доходов и "обналичкой", объём которых достигает 2,5-3 трлн рублей в год вполне официально и 5—7 трлн по экспертным оценкам. А затем новое руководство ЦБ РФ, не привыкшее нести ответственность за свои слова и поступки (талантливых управленцев и предпринимателей в Правительстве нет в принципе), объявило о дерегулировании валютного рынка и переходе к таргетированию инфляции. Если раньше ЦБ на поддержку рубля тратил не более 200-300 млн долларов ежесуточно, то в конце января ежедневные траты стали варьироваться 1,1 млрд долл. 28 января до 1,8 млрд 31 января. То есть ЦБ доказал, что сидит на двух стульях и сам толком не понимает, чем занимается. С одной стороны он якобы ушел с валютного рынка, а с другой стороны нещадно тратит валютные резервы России, пытаясь остановить панику, которую сам же спровоцировал. За один месяц было потрачено 30 процентов от всех валютных интервенций 2013 года?! Такими темпами к концу года не только рубль будет стоить 37-38 рублей за доллар, но и валютные резервы страны исхудают на 80-90 млрд долларов – то есть 20-25 процентов.
</p>

<p>
Кроме того, есть два аспекта, о которых мало кто говорит. Первое, насколько я могу судить, во главе этой атаки на российский рубль стоят крупнейшие российские банки, в том числе и с государственным участием. Те самые банки, на которые приходится две трети российской банковской системы. Это хорошо видно по статистике того же ЦБ, согласно которой, крупнейшие банки заняли у ЦБ и Минфина более 4,2 трлн рублей в ходе операций РЕПО и кредитов под нерыночные низколиквидные и низконадёжные активы. Если сначала эти деньги пускали на спекуляции на фондовом и долговом рынке, то теперь они поняли, что есть более интересная мишень под названием "рубль" и перелили эти капиталы на валютный рынок, став играть откровенно против рубля, ЦБ и, по большому счету, против сбережений населения. Ситуация парадоксальная и мы видим повторение паники и игры банков против российской валюты, как это уже было в 2009 году, когда выделенные из бюджета 4 трлн рублей были потрачены не на поддержку промышленности, а на спекуляции. Тогда рубль в моменте обвалился на 60 процентов - с 22 до 36 рублей за доллар. Наглядное подтверждение тезиса о том, что вседозволенность и безнаказанность порождают хаос и произвол.
</p>

<p>
И второй канал, который был искусственно создан Минфином, это канал по допуску иностранных кредиторов и спекулянтов на российский долговой рынок ОФЗ. В позапрошлом году была упрощена процедура выпуска двух зарубежных депозитариев. Они получили возможность открывать счета номинального держателя через российский депозитарий и смогли покупать российские облигации федерального займа напрямую. Что произошло? Сначала зарубежные спекулянты, играя на дифференциале процентных ставок, то есть на разнице между ставками в США и в России, стали массово заводить капиталы в российскую финансовую систему, выкупая эти бумаги и надувая там пузырь. Как результат доходность по этим бумагам упала до минимальных отметок за последние годы, а сейчас, когда произошел разворот на рынке, они стали массово выводить капиталы из России и обескровливать финансовую систему по этому долговому каналу – каналу депозитариев Euroclear и Clearstream.
</p>

<p>
Да, безусловно, падение курса рубля имеет объективные причины: это двукратное падение профицита счета текущих операций, которое отражает сальдо притока валюты в российскую экономику (с 72 до 33 млрд долларов в 2012-2013 годах). В 3 и 4 квартале прошлого года эти показатели оказались худшими за последние 15 лет (0,6 и 4,2 млрд долларов соответственно). Очень сильный удар по российской экономике наносит вступление в ВТО на заведомо кабальных и несовместимых с существованием отечественной промышленной индустрии условиях, чем государство лишило себя нормальных инструментов протекционизма. Теперь Правительство не может ни толком увеличить масштабы бюджетной поддержки экономики, промышленности, сельского хозяйства, ни ограничить усиливающийся поток импорта инструментами тарифной и нетарифной поддержки.
</p>

<p>
Девальвация рубля стала последним и наименее цивилизованным инструментом протекционистской поддержки промышленности, на котором обогащаются валютные спекулянты, крупнейшие банки, а Минфин решает для себя задачи по наполнению бюджетной базы ценой падения уровня жизни подавляющей части россиян, покупательная способность чьих сбережений и доходов падает вслед за удорожанием импортных товаров и услуг.
</p>

<p>
Идею импортозамещения можно было бы смело поддержать, но для этого необходимы несколько условий – необходимо менять не кран, а всю систему, отказавшись от ретроградной и разрушительной политики "Вашингтонского консенсуса" и вульгарного либерализма. Первое, необходимо наличие свободных производственных мощностей, на которых можно было бы увеличить производство товаров потребительского и инвестиционного назначения. В противном случае вместо импортозамещения в условиях товарного дефицита ничего, кроме всплеска цен, не произойдёт. Если в нефтегазовой, нефтехимической и угольной промышленности загрузка мощностей достигает 85-95 процентов, то в сельском хозяйстве, станкостроении, приборостроении, машиностроении, производстве сельскохозяйственной техники, ракетно-космической промышленности и других несырьевых наукоёмких производствах загрузка не превышает 40-50 процентов. Половина мощностей в аварийном состоянии и непригодна для производства. Но и на оставшемся можно увеличить загрузку, здесь есть потенциал.
</p>

<p>
С другой стороны нужно действительно проводить комплексную модернизацию производства. Здесь нужно изменение отношения государства к проводимой макроэкономической политике, в частности отказ от бюджетного правила и политики "кудринизма". Надо наращивать инвестиции в основные фонды. Увеличивать норму накопления капитала с 23 до 30-32 процентов ВВП, прекращая вывоз капитала из страны как Правительством (через резервные фонды) и госкомпаниями, так и частным сектором. Сегодня у нас инвестиции в спекулятивные бумаги, в финансовые активы примерно в 8-10 раз превышают инвестиции в основной капитал. Это колоссальный перекос и непростительная диспропорция – так жить нельзя. Нельзя ничего не производить и не вкладывать средства в развитие производства, а потреблять на уровне экономически развитых стран за счёт притока нефтедолларов, иностранных кредитов и наплыва импорта. Далее, необходимо, чтобы государство проводило стимулирующую налогово-бюджетную, кредитно-денежную, научно-техническую, антимонопольную, и тарифную политику, чтобы кредиты были доступны для среднего и малого бизнеса, а промышленность не сидела на голодном пайке и не душилась произвольно растущими ценами на газ, электроэнергию, отопление, грузовые перевозки и т.д.
</p>

<p>
Сегодня этого нет и в помине. Так, кредитные ставки в реальном выражении растут даже на фоне объявляемого снижения инфляции все последние 2,5-3 года. Кроме того, важно понимать, что импортозамещение будет возможно только в том случае, если импортные товары будут не просто существенно дороже, чем были до девальвации. Замещение продукции иностранного производства товарами отечественного производства произойдёт только в случае радикального удорожания импорта, которое спровоцирует пересмотр потребительских привычек населения. В противном случае граждане предпочтут переплатить лишние 10-15 процентов, но продолжить покупать турецкую картошку, израильскую морковь, литовские творожки и сыры. Да, этот процесс должен сопровождаться подъёмом отечественной промышленности, возрождением сельского хозяйства, модернизацией инфраструктуры и повышением качества производимой внутри страны продукции.
</p>

<p>
Однако при желании все эти проблемы вполне решаемы. Другими словами, продукция иностранного производства должна стать запретительно дорогой для подавляющей части российских потребителей, чтобы они были вынуждены отказался от иностранных товаров в пользу российских аналогов. Весьма показателен пример 1998-1999 годов и 2008-2009 годов – 5-кратная шоковая девальвация после августовского дефолта 1998 года в условиях простаивающих производственных мощностей, обвального сокращения выпуска товаров в "лихие девяностые" и сохранившихся производственно-технологических цепочек создания добавленной стоимости вкупе с насыщением экономики деньгами, преодолением кризиса неплатежей, возрождением валютного регулирования и контроля, введением обязательной продажи экспортной валютной выручки и прочими решениями кабинета Примакова-Маслюкова обеспечили мощный цикл возрождения отечественной промышленности и импортозамещения.
</p>

<p>
Тогда как 60-процентная девальвация рубля в 2008 году при росте ставок по кредитам и сохранении разрушительного и упаднического курса на обескровливание экономики, поддержание дефицита денег, недофинансирование экономики и социальной сферы, изъятие якобы незаработанных и инфляционных нефтедолларов не позволила запустить процесс импортозамещения и дать стимул возрождению отечественной несырьевой промышленности. Она лишь немного поддержала штаны российской нефтегазовой двухсекторной экономике низких переделов, дала ей передышку, но не более того – с тех пор темпы роста ВВП России не только не смогли вернуться на докризисные отметки 7,5-8 процентов, но стремительно затухают, опустившись с 4,5 процента в 2010 году до 4,3 процента в 2011 году, 3,4 процента в 2012 году и едва отличимых от статистической погрешности 1,3 процента в 2013 году, даже несмотря на сохранение среднегодовых цен на нефть на стабильно высоких уровнях (107-109 долларов за российскую экспортную смесь Urals).
</p>

<p>
Сегодня этот потенциал исчерпан и портив импортозамещения играет тот фактор, что во всех производственно-технологических цепочках очень велика доля импортных компонентов, узлов и агрегатов. Именно по этой причине порядка 85-88 процентов опрошенных в рамках социологических исследований промышленных предприятий выступают против девальвации рубля. При той ретроградной политике, которую долгие годы проводит государство, сильная девальвация становится неизбежной, она может нанести сильный удар по промышленникам, которые проводят модернизацию производства и набрали кредитов за рубежом, пытаются закупать импортную технику. Они столкнутся с тем, что многократно увеличится стоимость обслуживания займов и подорожает импортная техника, без которой не возможно сегодня оперативно провести техническое перевооружение производств и инфраструктуры.
</p>

<p>
Государство могло бы решить эту проблему за счет тех средств, которыми оно обладает, создав импортно-лизинговый фонд и помогая части предприятий из реального сектора приобрести в лизинг технику по льготным ценам, а также помочь рефинансировать внешние займы. То есть спасать не только олигархов уровня Дерипаски и Абрамовича, но поддержать российских промышленников из реального сектора экономики, из наукоёмкой промышленности. Нравится нам или не нравится девальвация, но выбора у России нет. За последние пять лет реальный курс рубля увеличился на 17 процентов, что повысило издержки отечественных товаропроизводителей и сделало их продукцию неконкурентоспособной на фоне товаров из Китая, Европы, Японии, США и даже стран Латинской Америки.
</p>

<p>
Тарифы естественных монополий за последние 5 лет выросли в 2-2,5 раза. Зарплаты тоже выросли в два раза. Грузовые перевозки подорожали на 75 процентов. Все факторы сегодня играют против российской экономики. Если не проводить плавной девальвации, то всё может обернуться дефолтом как в 1998 году. Выбора нет и надо понимать, что нельзя производить на уровне Португалии или Греции и при этом стремиться к потреблению на уровне Франции или Германии при завышенном курсе национальной валюты. Напомню, что хотя российская экономика входит в пятерку крупнейших в мире по паритету покупательной способности, тем не менее, по объему создаваемой добавленной стоимости в промышленности в расчёте на душу населения Россия сегодня занимает 57 место в мире. Ослабление курса рубля необходимо, чтобы дать передышку российским производителям, но она должна сопровождаться радикальным изменением всей макроэкономической политики государства. В противном случае спасение олигархов, сверхдоходы спекулянтов и пополнение нефтегазовых доходов бюджета, который рассыпается буквально на глазах, будет оплачено падением уровня подавляющей части граждан России, которые не имеют счетов в швейцарских банках, активами в оффшорах и недвижимостью в Майами и Антибах.
</p>

<p>
<i>источник: <a href="http://ruskline.ru/news_rl/2014/02/10/sposobna_li_devalvaciya_rublya_zapustit_process_importozameweniya/" >"Русская народная линия"</a></i>
</p>
Назад к списку
Поделиться
Следующая запись
Либерализм головного мозга не лечится