Жизнь — это неопределенность, неуверенность и непредсказуемость. Мы рождаемся в мире, который постоянно меняется. На протяжении всей нашей жизни мы балансируем на грани смерти, ходим по лезвию ножа между пустотой и целостностью, между прошлым и будущим, так как каждое мгновение умирает в момент своего рождения. Вот почему мы стремимся к безопасности, вот почему ищем смысл нашей жизни. Мы жаждем глубины за пределами поверхностности, устойчивости и стабильности в противовес постоянно и быстро меняющемуся миру. Но как мы можем достичь этого в мироустройстве, основанном на движении, в котором ритм жизни лишь ускоряется благодаря современным техническим средствам?

Должны ли мы отринуть прошлое, чтобы бежать наперегонки с этим мчащимся вперёд миром, или сохранить связь с нашей историей? Должны ли мы помнить эмоциональный уют нашего детства и найдём ли мы опору в своих корнях, семье, традициях, которые указывают нам путь, придают нашей жизни смысл и стабильность и позволяют нам быть частью мира, в котором не господствуют жадность, властолюбие и борьба за выживание?

Современный конфликт лежит не между правыми и левыми, социализмом и капитализмом, одной супердержавой и другой, а между хаосом и гармонией, абсурдом и разумом. Мы должны выбирать между рабством материальности и свободой духа, связывающего нас с нашими отцами, с местом на земле, где мы родились и которое мы называем нашей родиной. Мы ищем направляющий свет во тьме, мы ищем цель; что-то, что позволит нам самосовершенствоваться; нам нужен ориентир за пределами пространства и времени, которым мы можем руководствоваться.

К счастью, мы не боги, потому что в противном случае все бы уже было достигнуто в нас самих, и процесс внутреннего роста был бы бесполезен. Но, хоть мы и не боги, у нас есть часть бесконечности в нашей душе, которая делает нас свободными и связывает нас со Вселенной. Эта «божья искра» придаёт нам уникальность и одновременно объединяет с другими людьми.

Сегодня глобалисты пытаются создать мир без границ, ограничений и рубежей. Они обещают нам мир абсолютной свободы здесь и сейчас, но, делая это, они ограничивают нас материальной реальностью, которую объявляют абсолютной. Налагая на нас новую догму нравственности, они хотят, чтобы мы стали послушным стадом овец, которым они могут манипулировать в своих интересах. Эти самопровозглашенные «просвещённые» люди пытаются внушить вам тягу к единственному напитку, который они позволяют пить. Они хотят, чтобы вы испытывали потребность насытиться только той пищей, которую они готовят для вас. Они прививают вам привычку к насилию и ненависть, чтобы подготовить к войнам, в которых вы будете сражаться за них. Притворяясь, что освобождают нас, они хотят вырвать наши корни, хорошо осознавая тот факт, что без них мы зачахнем, подобно выкорчеванным деревьям. Обвиняя нас в ригидности, отсталости и национализме, они хотят, чтобы мы были открытыми и терпимыми к будущему, чья конструкция напоминает мне «дивный новый мир» Олдоса Хаксли.

Нет, уважаемые глобалисты, мы не хотим воссоздавать прошлое, мы лишь хотим выказывать почтение достижениям предыдущих поколений, сохраняя преемственность с осознанием того, что мы должны уважать заслуги предков. Мы, в свою очередь, передадим этот долг своим детям.

Мы не хотим быть современными кочевниками без связей с какой бы то ни было культурой. Мы не хотим потеряться в тщеславии постоянно меняющихся, искусственно управляемых, иллюзорных формаций. Мы хотим, чтобы современность уважала прошлое, на котором она была построена. Традиции, культура, ценности, моральные опоры, ответственность и самодисциплина — эти концепции не устарели, они универсальны.

Природный консерватизм, который определяет мой путь на этой земле, основан на убеждении, что жизнь человека имеет смысл и, следовательно, становится его судьбой. Наша жизнь — это не только вероятность, совпадение, случайность или внезапно выпавший шанс. Мы просто должны принять её истинную цель, захотеть услышать внутренний голос, который на неё указывает. Но мы сделаем это свободно только в том случае, если сможем трансцендироваться, абстрагироваться от материальной реальности. Не отказываться или отрицать её, а выходить в своих мыслях и чувствах за её пределы. Мы сможем уловить скрытые знаки, которые посылает нам мироздание, и жить в гармонии с миром.

Вот почему наше наследие важно. Вот почему важно сообщество, имеющее долгую историю. Потому что это след человеческого духа, потому что в нём звучат голоса людей, которые жили до нас и будут жить после нас. Потому что это наследие есть сочетание опыта всех людей, живших когда-либо на земле. Многообразие для нас жизненно необходимо, поскольку его наличие позволяет выбирать. И делать этот выбор свободно. Но в то же время не существует выбора без ограничений, то бишь границ, которые защищают индивидуальность каждого человека и богатство культур, сосуществующих на этой планете.

Вместо этого глобализм предлагает нам жизнь с отсутствием выбора, потому что его цель состоит в том, чтобы привести нас к централизации, технократии и единому стандарту.

Это свобода, заключенная в невидимую клетку. Желание навязать одно и то же счастье для всех создает не рай, а ад. Глобалисты хотят восстановить систему, в которой свободу видят только в доступности хлеба и зрелищ, как в Древнем Риме. Они хотят стереть все границы, чтобы мы были для них понятны и предсказуемы. Они хотят подспудно контролировать нашу жизнь. Джордж Сорос и его союзники притворяются, что знают, что для нас есть благо, что принесёт нам счастье. Их «открытое общество» открывает двери мертвого мира, закрывая наши души. Оно открывает двери одного уникального, контролируемого, стандартизованного мира и делает это, закрывая двери небес. «Бытие техники» Хайдеггера (прим.: термин немецкого философа Мартина Хайдеггера Gestell, или Постав в русском варианте — некая скрытая сила, которая дала возможность для предпосылки создания современных технологий), идеальная конструкция, рожденная в безумном мозгу человеческих богов, пытается заменить естественное зарождение жизни чистой математикой, тем самым дегуманизируя нашу цивилизацию.

Но кто ограничивает идеи, рождаемые человеческим мозгом, если сам человек мнит себя Богом? Если человек не будет подчиняется неписаным, невидимым законам Антигоны (прим.: героиня древнегреческой мифологии, дочь царя Эдипа; олицетворяет собой верность родственному долгу), если он будет творить собственные законы по своему велению, в нашу жизнь вернётся варварство, потому что такой человек будет действовать по принципу «Если Бога нет, то всё дозволено». Дозволено создавать такую абстрактную конструкцию, как гендерная теория; переводить всё на язык денег и торговли; создавать оружие массового поражения и смертельное автоматическое оружие; цифровизировать финансовые транзакции; говорить о создании микрочипов для контроля над жизнью людей и так далее.

Стирание всех границ уничтожает последние остатки нашей свободы и независимости. Потому что человек, который не имеет ни внешних, ни внутренних ограничений, является рабом. Рабом, считающим себя свободным, но его свобода иллюзорна, потому что он блуждает в невидимом лабиринте, который другие создали для него вместо тюрьмы. Он чувствует себя свободным, потому что может ходить, и поэтому у него нет причин восставать или искать выход. Лишенный компаса духовности, он будет действовать как робот, обреченный быть изолированным от других и всего мира. Потеряв душу, он будет отчуждён от своего «Я». Он будет увядшим листком, считающим своё свободное падение на землю своим свободным движением.

Дорогие друзья, если мы не хотим быть увядшими листьями и блуждать в пустоте, мы должны сохранить нашу культуру и нашу идентичность, которые связывают нас с нашей истинной природой и бесконечной Вселенной.

Назад к списку
Поделиться
Следующая новость
Член Сахалинского отделения ПАРТИИ ДЕЛА Иван Ковтун: Чиновники на съезде аграриев покорно сидели, записывали всё в блокнотики