В то время как российское правительство готовит к презентации ещё один, уже третий по счёту, пакет мер помощи бизнесу, его критикуют за нежелание тратить деньги Фонда национального благосостояния. В разгар пандемии внезапно обнаружилось, что государству удалось скопить в нём свыше 18 трлн рублей. Но пустить их на помощь экономике и гражданам оно не может из-за бюджетного правила, диктующего, что при низких ценах на нефть нельзя продавать валюту и компенсировать тем самым нефтегазовые доходы бюджета.

Сейчас экономисты призывают приостановить действие этого правила, прообраз которого был создан ещё 1 января 2004 года вместе со Стабилизационным фондом РФ. Туда направлялась часть средств федерального бюджета, образующаяся за счёт превышения цены на нефть над базовой ценой. Она подлежала обособленному учёту, управлению и использованию в целях обеспечения сбалансированности федерального бюджета.

С 1 февраля 2008 года Стабилизационный фонд был разделён на две части: Резервный фонд и Фонд национального благосостояния. А в 2013 году в России официально ввели бюджетное правило. Оно предполагало, что все нефтегазовые доходы сверх $90 за баррель будут идти в Резервный фонд (РЗФ) для накопления. Как только объём РЗФ достигал установленного на год показателя по накоплениям (составлявшего определённый процент от ВВП: так, в 2014 году это было 7%), все сверхдоходы шли в Фонд национального благосостояния (ФНБ). Таким образом, Россия формировала «подушку безопасности» на случай кризиса.

Накопления Минфину пригодились: в 2015-м году из-за сильного падения цен на нефть (за баррель Brent с $66,8 в апреле до $37,6 в декабре) действие бюджетного правила было приостановлено, а средства из РЗФ стали направляться на покрытие дефицита бюджета. По состоянию на 1 сентября 2017 года объём РЗФ составлял 1 трлн рублей, тогда как на 1 января 2015 года (до того, как Минфин стал тратить резервы) его объём был почти 5 трлн рублей. Средства ФНБ в 2017 году превышали 4,4 трлн рублей.

Таким образом, бюджетное правило показало себя как механизм, снижающий зависимость федерального бюджета и внутренних экономических условий от цен на энергоносители. Оно, по мнению чиновников, продемонстрировало свою эффективность и полезность, и его совершенствование было продолжено. Государственная Дума 19 июля 2017 года в окончательном третьем чтении приняла поправки в Бюджетный кодекс. Согласно изменениям, дополнительные нефтегазовые доходы, полученные после превышения фактической цены на нефть марки Urals отметки $40 за баррель, будут направляться в Резервный фонд. Новое бюджетное правило вступило в силу с 1 января 2018 года (тогда же РЗФ был присоединён к ФНБ), а в полном объёме заработало в 2019 году.

А уже в 2020 году оказалось, что избытки нефтегазовых доходов, копившиеся все эти годы с целью обеспечить стабильность и независимость экономики России, нельзя потратить на её спасение. На 1 апреля 2020 года объём управляемого Минфином ФНБ составил 12 трлн 855,75 млрд рублей, или 11,3% ВВП, что эквивалентно $165,384 млрд. А все международные резервы России (золотовалютные резервы, включая ФНБ) на 1 января 2020 года составили $554 млрд или 42,3 трлн рублей.

ЗВР, а также активы банков (на 1 января 2020 года равнялись 94,08 трлн рублей) и вклады физических лиц (28,5 трлн) в сумме составляют 165,74 трлн рублей.

Таким образом, на каждого гражданина РФ при грубом подсчёте приходится более 1,1 млн рублей или около $15 тысяч. И это в стране, в которой в 2019-м году 12,7% населения жило за чертой бедности и которой в 2020 году прогнозируют увеличение числа бедных за счёт обнищавшего среднего класса.

Источник: NEWS.ru
Источник фото: РБК

Назад к списку
Поделиться