Эффективная борьба с коррупцией поможет существенно пополнить бюджет России - Партия Дела
Присоединиться

Коррупция является одной из главных проблем, препятствующих нормальному развитию нашей страны. Есть и другие важные проблемы: некомпетентность и безответственность управленцев, неэффективные судебная и налоговая системы и др. Но коррупция среди них заслуженно занимает первое место.

О непримиримой борьбе с коррупцией, видимо, по согласованию с Президентом РФ, объявил новый министр обороны А.Р. Белоусов. При этом он настроен максимально серьёзно: глава Минобороны намерен раскрыть все коррупционные схемы, которые пронизывают верхушку Министерства обороны и даже Правительства страны. Он намерен начать масштабное расследование в отношении всех коррупционных преступлений сразу в нескольких государственных ведомствах.

По-житейски с коррупцией знакомы все. А как мы выглядим среди других стран? Во что обходится коррупция нашей стране и нам лично? Рассмотрим эту проблему поближе.

Впервые «Индекс восприятия коррупции» (Corruption Perceptions Index, CPI) был опубликован организацией Transparency International в 1995 году, однако Россия в него не попала. Первое место из 41 заняла Новая Зеландия – то есть, согласно методике авторов рейтинга, в этой стране уровень коррупции был минимальным. На последней позиции оказалась Индонезия. В 1996 году РФ была помещена на 47-е место. Наименее коррумпированной вновь была признана Новая Зеландия, наиболее – Нигерия (54-е место).

В 2000 году Россия заняла в рейтинге коррупции 89-е место, разделив его с Кенией. Первое место получила Финляндия, которая в течение следующих четырёх лет оставалась во главе рейтинга. Последнее, 90-е место снова было присвоено Нигерии.

В 2023 году в рейтинге коррупции из 180 стран Россия оказалась на 141 месте вместе с Угандой, Киргизстаном и Гвинеей. Из стран, с которыми мы почти дружим: Китай – на 76 месте, Иран – на 149, Северная Корея – на 172 месте, Венесуэла – на 177.

Отмечу, в мире нет примеров успешного экономического развития стран с такой коррупцией, как у нас. Мы и не развиваемся. Предпринимаемые до сих пор попытки борьбы с коррупцией в России, нельзя назвать успешными:

«Налоговый контроль над расходами физических лиц, распространённый в развитых странах, в РФ не прижился. Впервые право налоговых органов проверять расходы физических лиц было предусмотрено Федеральным законом от 20.07.98 г. № 116-ФЗ «О государственном контроле за соответствием крупных расходов на потребление фактически получаемым физическим лицам доходов». Этот закон должен был вступить в силу 24.01.99 г., но потом ввод его в действие перенесли на начало 2000 года. Фактически, ФЗ «О контроле за расходами» так и не вступил в силу.

В РФ, несмотря на массовое уклонение от уплаты налогов, бурное развитие теневой экономики, коррупцию, налоговый контроль за соответствием расходов налогоплательщиков уровню их доходов как важнейший инструмент выявления теневых доходов и коррупции в настоящее время в РФ не применяется.

С 01.01.07 налоговая служба даже лишена формального права осуществлять такой контроль (отменён пп. 10 п. 1 ст. 31 НК). Ранее, с 08.08.03, Федеральным законом от 07.07.2003 № 104-ФЗ были отменены ст. ст. 86.1, 86.2, 86.3 НК РФ, в которых были определены некоторые меры по контролю за расходами физических лиц и их соответствием уровню их доходов.

Между тем именно этот контроль стал в большинстве развитых стран основной преградой на пути коррупции и уклонения от уплаты налогов. У нас соответствующие законы не прижились, потому что это противоречит финансовым интересам элиты – руководства страны». Конец цитаты. Это было сказано в 2017 году.

Рассмотрим потери, которые несёт наше государство (т.е. мы) при некоторых проявлениях коррупции, а именно из-за коррупции при госзаказе, из-за незаконного возмещения НДС экспортёрам, из-за таможенных потерь при экспорте и импорте, а также из-за неэффективного использования природной ренты.

Потери бюджета при госзаказе исследовали учёные Высшей школы экономики.

В среднем размер отката в коррупционной схеме составляет почти пятую часть от всей суммы госконтракта, а общий объём взяток в сфере госзакупок оценивается почти в 6,6 трлн руб. Для сравнения: 6,6 трлн – это 6,2% ВВП России (107 трлн руб. за 2020 год), или 35,3% от доходной части федерального бюджета (18,7 трлн руб.). Объёмы коррупционных выплат в закупках выше, чем расходы консолидированного бюджета на образование или здравоохранение, констатируют в Институте госуправления ВШЭ.

Потери из-за незаконного возмещения НДС экспортёрам исследовал Институт социально-экономического развития территорий Российской Академии наук (ИСЭРТ РАН). По его данным, с 2000 по 2012 год экспорт России вырос в 5,2 раза, а возмещение НДС – в 16 раз. Это значит, что значительная доля НДС возмещалась незаконно, а именно – (1-1:16 х 5,2) х 100% = 67,5%. Примерно такая же доля НДС незаконно возмещается и сегодня. Экспорт России в 2018 году составил 450 млрд долл. Доля сырья (нефти, газа, металла, удобрений и др.) в экспорте составляет около 80%, т.е. 360 млрд долл. С 360 млрд долл. был возмещён НДС по ставке 18% в сумме 360 х 0,18 = 64,8 млрд долл. или 4,08 трлн руб. при среднегодовом курсе доллара 62,93 руб. Следовательно, незаконно возмещали около 4,08 трлн руб. х 0,675 = 2,75 трлн. руб.

Проблема незаконного возмещения НДС при экспорте решается очень просто – надо отменить возмещение НДС экспортёрам сырья, составляющего 80% нашего экспорта.

Большие потери несёт бюджет РФ из-за коррупции на таможне. При этом нелегальный импорт душит отечественного производителя, а нелегальный экспорт подтачивает бюджет. По разным товарным группам расхождение данных Федеральной таможенной службы об импорте и экспорте и данных приграничных государств, ВТО и ООН доходит от 30 до 70%.

Таможенные потери России выявлены в работе, выполненной Экспертно-аналитическим центром «Модернизация» в 2013 г. по заданию Комитета Государственной Думы по транспорту. Для оценки потерь был использован, применяемый обычно в этом случае, метод зеркальной статистики, суть которого состоит в том, что сравниваются отчётные данные стран-партнёров по одним и тем же операциям – данные России об экспорте в те или иные страны или импорте из них, должны совпадать с данными этих стран об импорте из России или экспорте в Россию. Между тем расхождения данных ФТС с данными стран-партнёров весьма существенны. Например, по данным ФТС, в 2011 г. общий экспорт России составил 516 млрд долл., по данным стран-партнёров, их импорт из России за тот же период составил 1,034 трлн долл., т.е. расхождение составило 518 млрд долл. Импорт России в 2011 г. составил 305,3 млрд долл., а экспорт в Россию в том же году составил 612,2 млрд долл. То есть в 2 раза больше.

В последующие годы ситуация не изменилась. Например, в 2015 году Россия поставила в Германию товары 27 группы (нефть, газ и др.) на сумму 10,9 млрд долл., а Германия получила эти же товары из России на 27,1 млрд долл., т.е. почти в 2,5 раза больше. В 2019 г. те же товары Россия поставила в США на 6,9 млрд долл., а США получили – на 13,8 млрд. долл., т.е. в 2 раза больше.

В 2015 году Правительственная Комиссия по материалам работы, выполненной в 2013 г., установила, что таможенные потери российского бюджета от «серого» импорта и экспорта только из-за недополученных пошлин, акцизов и НДС в 2013 г. составили не менее 2,5 трлн руб. При этом «тело» экспорта и импорта не учитывалось. И сегодня потери меньше не стали.

Первая мера по сокращению потерь при экспорте и импорте очень простая: Федеральная таможенная служба с применением «зеркальной статистики» должна представлять, объяснять и подкреплять документами разницу своих данных и данных, представляемых странами-партнёрами, и следить за тем, чтобы разница не была чрезмерной.

Вторая мера – обычная при борьбе с коррупцией: любой гражданин (в том числе работник таможни или нефтетрейдер) должен быть всегда готов дать разумное объяснение происхождению своих богатств (недвижимости, банковских счетов и др. в России и за рубежом).

Большие резервы бюджета можно найти в повышении эффективности изъятия природной ренты. Известно, что доходы Консолидированного бюджета РФ в 2018 году составили 36.917,0 млрд руб. в том числе 9.018,0 млрд руб. или 24,4% из них составили нефтегазовые доходы, в том числе НДПИ на углеводороды – 6.010,0 млрд руб. и таможенные пошлины – 3.008,0 млрд руб.

В упомянутой выше книге «Налоги для России» определена разница между стоимостью добытых и проданных нефти и газа и себестоимостью их добычи. Эта разница составила 17.303,6 млрд. руб. Если бы нефть и газ принадлежали государству, то после покрытия всех расходов по добыче, вся эта сумма осталась бы в распоряжении государства. Между тем, как сказано выше, нефтегазовые доходы консолидированного бюджета РФ составили 9.018,0 млрд руб. Они могли бы быть больше примерно на 8,28 трлн руб., что увеличило бы доходы консолидированного бюджета на 23,1%, а федерального – на 43,5%.

Ситуацию легко исправить, если изменить порядок взаимодействия государства с нефтегазовыми компаниями. В России следует использовать так называемые «Сервисные контракты», которые сегодня у нас не применяются. Это соглашения, по условиям которых подрядчик выполняет геологоразведочные работы и работы по добыче полезных ископаемых от имени государства за фиксированное вознаграждение. При сервисном соглашении компания не получает никакой собственности в проекте. Все компоненты, включая произведённые нефть и газ, принадлежат государству. Компания получает только платежи за оказанные услуги по разведке и добыче в размере оговорённого тарифа на единицу продукции.

На таких условиях работают страны ОПЕК и некоторые другие страны. Эта система привлекательна и для нефтедобывающих компаний. За право работы на таких условиях российские компании ведут борьбу за рубежом. Например, в 2009 г. при проведении тендера в Ираке победила заявка «Лукойла» и Statoil (Норвегия), так как консорциум предложил самые выгодные Ираку условия: государство отдаёт компаниям в качестве вознаграждения 1,15 долл. за каждый добытый баррель, а консорциум обязуется нарастить добычу до 1,8 млн баррелей в сутки. В таких тендерах принимают участие компании всего мира. Нефтяные компании не могут заработать на повышении мировых цен на нефть, но зато заинтересованы в повышении производительности труда и снижении издержек при добыче. Поскольку собственником добытого сырья становится государство, то оно получает максимальный возможный доход от эксплуатации природных ресурсов, который включает наряду с обычными налогами и полный объём природной ренты.

Таким образом, предлагаемые нами меры борьбы с коррупцией, по данным 2019 года, могут дать годовому бюджету РФ дополнительные доходы в размере более 20,0 трлн руб., в том числе 6,6 трлн руб. – за счёт ликвидации коррупции при госзаказе, 2,5 трлн руб. – за счёт улучшения работы таможни, 2,75 трлн руб. – за счёт ликвидации незаконного возмещения НДС экспортёрами, и 8,28 трлн руб. – за счёт изменения порядка добычи нефти и газа в России. Для справки: доходы Федерального бюджета в 2021 году составили 18.765,1 млрд руб., в т.ч. нефтегазовые доходы – 5.987,2 млрд руб.; расходы на образование – 1.103,6 млрд руб., расходы на здравоохранение – 1.149,8 млрд руб.