Но вот я скажу так: едешь по городу, смотришь на привычные объекты этого малого бизнеса и видишь почти везде объявления «Продаю!» По собственному опыту общения с многими предпринимателями Саратова знаю — немало хороших, серьезных бизнесменов планируют закрыться. И что самое страшное — больше вообще не заниматься бизнесом.

В прошлом году по данным бывшего министра экономики Саратовской области Александра Степанова, у нас закрылось 16 тысяч объектов малого и среднего предпринимательства (МСП), из них — 10 тысяч ИП.

А ведь предприимчивых людей у нас в регионе, в стране осталось, увы, не так уж и много. Охоту рисковать деньгами, временем, а то и свободой отбили у большинства населения. Кто будет обеспечивать продукцию и услуги, кто давать рабочие места? Эти же чиновники, дежурно рассуждающие о поддержке, своими реальными делами, коррупцией, лишили и многих моих коллег-бизнесменов желания работать в предпринимательской сфере. Молодежь мечтает о том, как бы побыстрее уехать из нашего города, где у них нет перспектив хорошего трудоустройства, возможности честно открыть свой бизнес и честно, без страха, работать.

Думающие люди сегодня сознают, что у нас построена неэффективная модель экономики. По сути, мы видим энергетическую, сырьевую, банковскую, финансовую, корпоративную монополии, которые давят собой оставшиеся ростки малого предпринимательства. Скоро, с новыми попытками регулирования чиновниками цен, появится и торговая монополия, с ее чудовищной неэффективностью, отвратительным качеством и дефицитом. Она, как и прочие монополии, стремительно поглотит еще оставшиеся эффективные производства и бизнеса. Процесс идет по нарастающей и, боюсь, как бы нам снова не увидеть повторение 1991-го года с его продуктовым и товарным голодом, социальными потрясениями.

В малом и среднем бизнесе сегодня занято до 30 миллионов россиян, треть трудового потенциала России. Если таковой бизнес окончательно угробить, что делать с новыми, дополнительными миллионами безработных людей?

У нынешних чиновников, особенно на местах, нет внятного целеполагания их деятельности. Они заняты, в основном, перераспределением ресурсов, ренты, причем, по большей части — в свою пользу. У оставшихся еще представителей среднего класса исчезают источники существования, ликвидируются достойные рабочие места.

Понятно, что государственные деятели, недополучая доходы от монополий и крупного бизнеса, ищут резервы. А где их еще можно найти в стране, как не там, где кто-то, что-то еще производит, получает прибавочный продукт? То есть, у работающих еще предприятий малого и среднего бизнеса.

На днях меня пригласили выступить в Торгово-промышленной Палате России по теме обозначенных мною выше проблем. Честно признаюсь, я не великий эксперт-теоретик, хотя в экономике разбираюсь, будучи доктором экономических наук. К тому же, как практику со стажем в предпринимательстве более 25 лет, мне есть, что сегодня сказать. На что же я обратил еще раз внимание собравшихся серьезных государственных людей и бизнесменов?

Я рассказал о проблемах предпринимательства регионального уровня на примере Саратовской области, рассказал, с каким огромным трудом мы смогли пережить 2020-й год. Как едва выживаем сегодня. Ведь помощи, о которой трубили наши областные и муниципальные чиновники, мало кто получил. Зато теперь в отчетах у нас демонстрируют обратное. И предложить местное руководство людям, бизнесменам, толком ничего не может. Только наращивает объем долгов региона.

Вместо того, чтобы в разгар экономического кризиса всеми силами создавать рабочие места, они только рисуют их в отчетах. Я рассказал, что наша область потеряла целую отрасль мясного птицеводства, некогда отлично нас кормившую. Как областной центр лишился крупных предприятий, таких, как «Тантал», «Жиркомбинат», Кондитерская фабрика, ЖБК и многих других. Как резко снижаются обороты торговли. А все рапорты чиновников о некоем «росте» обусловлены лишь тем, что пляшут они в своих отчетах от низкой базы. Но если базой брать, например, 2010 год — то у нас везде серьезное снижение.

Наши чиновники вообще смутно понимают — что и для чего они делают. Они хвалятся какими-то «хабами для цифровых и зеленых технологий», новой «саратовской агломерацией», а у них в это время сотни тысяч людей месяцами из-за монополистов-концессионеров в ЖКХ сидят в Саратове без воды.

По данным областного минфина, объем государственного долга Саратовской области — почти 51 миллиард 621 миллион рублей. Даже не специалисту ясно, что это — чудовищная сумма государственной задолженности региона. Ведь у нас по области налоговые и неналоговые доходы в 2020-м году составляли 73 миллиарда 729 миллиона рублей. И по последним данным того же минфина теперь они скатились до 69 миллиардов 028 миллионов рублей. То есть, доходы упали почти уже на 4,7 миллиарда.

Объем консолидированного муниципального долга на март-2021 составил 10 миллиардов 160 миллионов рублей, и его обслуживание для нищих муниципалитетов региона просто разорительно.

Долги растут — доходы падают. Вот итог «экономического развития» Саратовской области.

Конечно, обо всем в кратком выступлении не расскажешь. Хотя я мог бы рассказать коллегам-бизнесменам из других регионов, но со схожими проблемами, как сегодня, например, городские столоначальники пытаются оставить центр Саратова почти вообще без торговли. Ларьки им не милы, в исторических зданиях торговлю уже предложено запретить. Где же прикажете в историческом центре, где через дом такие здания, бизнесу развивать торговлю — двигатель предпринимательства?

А ведь чиновники научились своего добиваться, используя несовершенство механизмов законных и подзаконных актов (кстати, эти несовершенства они сами же и лоббируют порой). Скажем, они используют, как подметил один наш умный эксперт, «перекрашивание зоны, на которой находится историческое здание». Им понравилось бизнесменов штрафовать по статье КоАП за, якобы, нецелевое использование земельного участка (штраф — до 2% от кадастровой стоимости). Они через суд запрещают заниматься на участке деятельностью, которая, по их мнению, не соответствует разрешенному использованию. Ну, а мнение может меняться в зависимости от объема «заноса».

А придраться всегда находится к чему. Наказание следует за что угодно, нет предела их фантазиям: разорить малый бизнес могут за пластиковые окна, новые двери, кондиционеры. Можно изъять под надуманными предлогами земельный участок под вашим объектом, можно заняться изучением истории приватизации объекта, найти неизбежные, особенно в 90-е годы, нарушения (теперешних законов!) и в итоге здание забирается у собственника.

Налицо рост, развитие опасного процесса деприватизации, когда идет сомнительное возвращение земли и объектов недвижимости из частных рук в государственную, региональную, муниципальную собственность. Разве это помогает развитию рыночной экономики, которая одна только поможет государству выстоять?

Каковы же социально-экономические последствия бездумной и разрушительной деятельности чиновников, по придушению, а то и полному искоренению МСП в Саратове и области? Численность официально зарегистрированных безработных — почти 21 тысяча человек. Это в два раза больше, если сравнить январь—март 2021года в % к январю—марту 2020 года.

Таков итог «создания десятков тысяч рабочих мест и выбора «вектора развития» нашим руководством. И это только верхушка айсберга безработицы, как мы все понимаем. А чему удивляться, где людям работать, если вокруг множество предприятий малого и среднего бизнеса рушится или, в лучшем случае, испытывает серьезные финансовые трудности?

Даже крупный бизнес попал под удар, и виной тому беспрецедентный рост цен на металл. С ноября 2020 года по апрель 2021-го на внутреннем рынке он составил 50–80%. На мировом — до 100%. При этом в мае 2021 года ожидается дальнейший рост цен, еще до 12%. Но мы же не можем конкурировать по так называемым «мировым ценам», как бы они не росли, слишком у нас слабая экономика, низкие доходы у населения. В результате этого многие предприятия-участники госпрограмм, сталкиваются с ситуацией, когда производство техники выходит за рамки рентабельности. Говорят, что крупные металлургические компании «нахлобучили» государство на 100 млрд рублей, получив сверхприбыли от участия в госстройках на фоне повышения цен. Но такие же претензии выкатывают и малому бизнесу, когда хотят его разорить.

Сфера услуг стала выглядеть снова, как 30–40 лет назад, отвратительно: повсюду начали создавать опасные в эпидемию очереди из-за дикой забюрократизированности всех процессов. Повсюду — избыточные требования к клиентам, хамство и низкое качество услуг, не помогает уже ни интернет, ни цифровизация. Одни «потемкинские деревни», административное давление на бизнес и на людей, незаконные проверки МСП, рост прямых и косвенных налогов, и красивые цифры и слова в отчетах.

А настоящие цифры пугают. Продукции сельского хозяйства за 3 месяца 2020 г. в нашей области произведено на 3% меньше, по строительству падение за этот период на 18%, по обороту общепита — на 6,6%. Это данные регионального минэкономики.

Что уж говорить о средних зарплатах по Саратовской области, которые даже по официальным данным после вычета НДФЛ не дотягивают и до 28 тысяч? В общем, с экономикой в регионе — беда. Отсюда социальная напряженность. Местный бизнес не обращается за защитой к губернатору, и тем более к главам муниципальных образований — это просто бесполезно. Региональная власть не считается с интересами МСП. Если в Саратове и дальше вороватые чиновники будут разорять, поглощать и утилизировать производство, местная власть не пошевелит и пальцем.

Да, работают правоохранительные органы. В 2020-м году для защиты предпринимателей к административной ответственности в нашем регионе привлекли 50 контролеров от различных ведомств и освободили от административной ответственности в виде штрафа свыше 150 предпринимателей. При формировании планов проверок на 2021 год прокуратурой Саратовской области отклонено более 20% предложений органов контроля (1 483). Но справятся ли одни только органы правопорядка, если вокруг такой вал коррупции и административных безобразий по отношению к малому предпринимательству?

Я согласен с тем, что малому бизнесу сегодня необходимы два условия для его сохранения и развития — его эффективность и безопасность. То есть, это прибыль, которую можно было бы инвестировать в развитие своего дела, и это отсутствие «наездов» в виде проверок.

Приведу слова общественного омбудсмена в сфере малого и среднего бизнеса Анастасии Татуловой, которой долго хлопали на экономическом форуме в С-Петербурге: «Работать легально в России малому бизнесу в плюс почти невозможно. Проверяющие органы, KPI их сотрудников заточен на „выявленные нарушения“, то есть, они получают премии за то, что нарушения у предпринимателей нашли. При том, что с 2017-го по 2019 годы суммы штрафов выросли втрое, а число проверок сократилось в восемь раз. Это заставляет бизнес уходить в тень».

Что в итоге? Мы видим усложнение работы цивилизованных и добросовестных участников рынка и предоставление преимущества теневому сектору.

Думаю, у нас в Саратове это стало, увы, нормой. И аналогичная картина может складываться во многих регионах РФ, где руководители больше думают о собственном политическом и экономическом выживании, чем о развитии подведомственной им территории.

Мне моя ежедневная реальная работа постоянно подсказывает предложения по изменению существующей ситуации. В первую очередь, если говорить о финансах, то необходимо изменение кредитной политики Центробанка РФ, системы налогообложения. Нужны дешевые длинные деньги для производственников, инвесторов, потребителей. Это все есть в обновленной Программе ПАРТИИ ДЕЛА. Надо отменить авансовые платежи для МСП, и, главное — необходимо еще активнее бороться с коррумпированным чиновничеством. Иначе они похоронят малый и средний бизнес, а с ним и всю нашу экономику.


В блогах публикуются оценочные суждения, выражающие субъективное мнение и взгляды автора, которые могут не совпадать с позицией Всероссийской политической партии «ПАРТИЯ ДЕЛА»

Назад к списку
Поделиться