Итак, где бегает эта «рухлядь» (соболь. см. предыдущую главу), которой уже нет во многих странах Европы и Азии? Надо идти туда…
Вот тут мы остановимся и скажем, что одни народы России чувствуют себя в родном государстве, но на чужой земле, а другие — на своей земле, но в чужом государстве. И столько от этого ненужного беспокойства, что уже все ориентиры потеряны. Надо бы успокоиться и ощутить всем себя в родном государстве и на родной земле. Живое существо живёт на Земле. Всё.

Первыми, после походов Ермака, рванули в Сибирь промышленники, охочие до пушнины люди, в жилах которых была кровь былых купцов Новгорода, закалённые люди северных краёв (юг бы вымер в Сибири). Этот народ давно ходил в далёкие и неведомые края, изучил печорские и вишерские земли, этим людям был известен Северный Урал, имели они представление и о побережьях Оби. Климат и места Сибири им были близки, адаптировались они легко. Характерно то, что на севере Руси крепостное право было не так сильно, как в центральной части или на юге. На севере было больше свободных людей, которые испокон веков добывали себе пропитание в диких и суровых условиях.

Но главные условия покорения больших пространств — изменения на генетическом уровне. Все, кто шёл в Сибирь из Руси были люди, которые уже очень сильно отличались от своих предков, можно сказать, что это более сильные сообщества пассионариев, гены и кровь которых были обновлены за века столкновения и общения с другими народами. Если их предки учиняли между собой раздоры, предавались и служили своим врагам, то потомки имели совершенные другие генетические свойства. Какая-то часть их крови даже возвращалась на свои исторические земли, не помня о своём родстве.
Более всего это относится к казакам, которые следовали за промышленниками. Народ вольный, разбойный, воинственный. Они и существовали за счёт грабежей. Многие из них бежали от судов и наказаний. Напугать их ничто уже не могло. С местным населением они могли сражаться, но могли и родниться.

До сегодняшнего дня среди коренных жителей Сибири легко можно обнаружить потомков военнопленных иностранцев. Шведы, поляки, литовцы, немцы, даже голландцы и французы. Наверное, плен им заменяли сибирской ссылкой: идите и заселяйте новые земли.
Ещё одна категория первых поселенцев Сибири — старообрядцы. Естественно, это вторая половина XVII века, когда многие православные люди не смирились с церковными реформами неуёмного Никона. Вот они и двинулись в Сибирь, всё больше и больше удаляясь от новой церкви с её реформами, где древние устои должны были уступить греческим традициям.

Любимая категория поселенцев, якобы оказавшая влияние на менталитет сибиряков, — преступники. Но в общей массе их количество — ничтожный процент. В XVII веке, как уже я упоминал, они бежали от правосудия, примыкали к ватагам казаков или сами были казаками. Официально ссылать в сибирскую каторгу правительство стало только в XVIII веке, когда уже окрепли остроги и административные структуры.

Ещё одна категория — несчастные крепостные, бежавшие от своих хозяев. Иван IV на то и Грозный, что жизнь при нём на Руси стала невыносимой, появление Романовых не ослабило гнёт, крепостное право усиливалось. Народ бежал куда глаза глядят, не боясь неизвестности. Смерть на воле была лучше рабства. Что же правительство? Оно было более чем либеральным: денег в казне нет, снаряжать ловлю и возвращение беглых не на что, пусть бегут и заселяют дикую Сибирь.

Вообще, правительство следовало после охочих людей, казаков, преступников. Ведь чиновники всегда стараются прибрать к рукам то, что уже готово к употреблению. Вот и отправляла Москва своих воевод, стрельцов, которые устанавливали власть и свои законы. Крыша крышевала крышу. Охочие люди и прочие ватаги брали под свою «крышу» местное население, правительство строило остроги и брало под свою «крышу» всех промышленников. Потом уже из этих укрепленных «крыш» ответвлялись во все стороны узаконенные экспедиции на поиски других земель.

И всему причиной, конечно, был юркий зверёк — соболь, на которого охотились чуть ли не всем населением разных «крыш», где уже руководили воеводы, возникали регулярные военные отряды, духовенство, приказной люд.

Теперь обновим память и посмотрим на остроги в порядке очерёдности их появления: 1586 — Тюмень, 1587 — Тобольск, 1593 — Берёзов, 1594 — Сургут, 1595 — Обдорск (с 1933 — Салехард), 1601 — Мангазея, 1604 — Томск, 1607 — Туруханск, 1619 — Енисейск, 1626 — Красноярск, 1630 — Киренск, 1631 — Братский острог, 1632 — Якутск, 1653 — Чита и Нерчинск, 1666 — Верхнеудинский острог (Улан-Удэ).

Но кто же были пассионарии, которые за 100 лет расширили Русь до Империи, существующей, угрожая всем, и сегодня?

Продолжение следует.

Назад к списку
Поделиться
Следующая запись
Отрицательный отбор