Обратим внимание на то, что Гмелин всю жизнь, вероятно, начиная с подросткового возраста, писал научные труды. Первые три сообщения в Петербургской Академии наук он сделал в начале декабря 1730 года. В основном это были труды по минералогии, в 1732 году появился его первый печатный труд, в том же году он произнёс речь на торжественном собрании Академии наук. В 1933 году Гмелин прочел на заседаниях Академии уже четыре своих работы, в печать вышли две из них. Вместе с тем он участвовал в популяризации науки в Петербурге на русском и немецком языках. Писал об алхимии, производстве фарфора, о вулканах и камнях. Отправляясь в экспедицию, передал Академии на хранение свои труды.

Конечно, Русь, становившаяся империей, на всём своём пространстве была ещё далека до всеобщей грамотности, но первые зачатки науки становились заметными в Петербурге, благодаря первым русским учёным, а также выходцам из немецких княжеств. Выросшие в разрозненной Германии, они способствовали собиранию России в единую империю.

Экспедиция отправлялась в несколько этапов и несколькими отрядами.

Академическая экспедиция, которую возглавлял Герард Фридрих Миллер, начала свой путь из Петербурга в августе. До Твери следовали сушей. Снаряжение для того времени было великолепным. Достаточно сказать, что на одного академика приходилось более десяти подвод, на которые нагружали личные и экспедиционные имущества, а также прочую поклажу.

Кроме того, в экспедиции был полный набор обслуживающего персонала — от поваров, умеющих не только готовить еду, но и варить пиво, до прачек. Плотники, столяры, мастеровые, готовые в любую минуту устранить поломку. В отряде академиков были портной, чучельщик, два художника, два охотника, два минералога, шесть студентов и двенадцать солдат. С ними следовал будущий первый русский академик-географ Степан Петрович Крашенинников.

Сами академики ехали в приспособленных для путешествий экипажах. Думаю, что таких больших экспедиций, после Сибирской, Россия больше не снаряжала.

От Твери исследователи отправились водным путём, по Волге, до Казани. Работать они начали с первых дней поездки. Надо сказать, что пытливый ум никогда не пребывает в безделье. Он работает непрерывно. Обязанный отчётами перед организацией, учредившей экспедицию, исследователь более скрупулёзен, чем вольный путешественник.

От Твери до Казани Гмелин вёл метеорологические учёты и наблюдения, он описал их с конца сентября по 20 октября. В январе 1734 года он записывает свои наблюдения уже в Екатеринбурге, затем в Тобольске, куда отряд прибыл в начале марта.

Здесь академики разделились: профессор Людовик Делиль-де ла Кроер отправился с другим обозом на восток. Руководивший экспедицией Витус Беринг разрешил Миллеру и Гмелину двигаться на своё усмотрение.

Изучение маршрута экспедиции наводит на мысль, что исследователи не торопились. Отправившись в путь 19 августа 1933 года, они прибыли в Тобольск 3 марта 1934 года.

Тобольск, основанный в 1590 году, бывший тогда центром Сибирской губернии, встретил исследователей морозами и климатом, доселе не испытанными немцами. Здесь же они собрали до того неизвестные Европе растения, услышали о животных, о которых ничего не знали, а потом и увидели этих животных.

Продолжая изучать флору и фауну, они разрабатывали маршрут до Омска. Это около 650 километров по воде или льду. Сегодня можно достичь за 8 часов. Путешественники отправились по Иртышу 19 мая 1734 года, 27 мая они достигли Ишима, 27 июня были в Омской крепости.

Экспедиция Ивана Бухгольца в 1715–1716 года, снаряженная сибирским губернатором Матвеем Гагариным, для поиска золота и серебра, наткнулась на сопротивление джунгар, и в мае 1716 года поставила здесь крепость, куда через 18 лет и пришли Миллер с Гмелиным. Крепость представляла собой земляной вал с бастионами на четырёх углах. Северная сторона крепости представляла собой крутой обрыв реки Оми, остальные были окружены трехметровым в глубину и четырехметровым в ширину рвом. Сегодня Омск — город с населением почти в один миллион двести тысяч человек…

Из Омской крепости отряд двинулся дальше. Зачастую, в точности следуя пути Ермака, отряд шёл по равнинам и низменностям Западной Сибири, в безмолвном изумлении озирая безбрежные ковыльные степи, которые поначалу сменялись небольшими увалами, медленно переходящие в горы.

Какая это была радость для молодых людей, открывать для себя и цивилизованного мира неизведанные пространства полные чудес везде и во всем: флоре, фауне, минералогии, климате. Им встречались невиданные доселе европейцами люди, одежды, быт, хозяйства, орудия труда, навыки, искусства, а также животные, растения, камни, насекомые, неизвестные составы почвы, воды!

Вместе с тем, какое это было приобретение для Сибири — 24-летний Иоганн Георг Гмелин и 29-летний Герард Фридрих Миллер, открывавшие день за днём Сибирь для всех последующих поколений на века…

Итак, в первой половине XVIII века молодые европейцы, академики Российской Академии наук, Гмелин, Миллер и сопровождавшие их путники, вышли на просторы Западной Сибири. Впервые в жизни они видели, как писал тогда Миллер, цветоград, наполненный жизнью, где росли незнаемые ими травы, перед их взором предстал зверинец, в котором они видели во множестве редчайших зверей Азии. Новый мир им казался кабинетом, где находились древние языческие кладбища и разные достопамятные монументы. Всё это, по словам того же Миллера, влекло к новым испытаниям, изобретениям, открытиям в науке.
Следуя за первыми исследователями Сибири, мы вынуждены, к нашей радости, заново изучать и узнавать нашу Отчизну. И так будет каждый раз, как только мы произнесём имена этих немцев.

Исследователи идут по реке Томь.
Нам здесь интересна знаменитая Томская писаница, о которой археолог И. В. Ковтун пишет, что она замечена с 1630 года. На сегодня это — первый летописный петроглифический комплекс, открытый учёными Северной Евразии. Первооткрыватель Томской писаницы Д. Г. Мессершмитдт, который осматривал здесь скалы, исследуя местность побережий реки Томь в середине июля 1721 года.

Через тринадцать лет после Даниила Готлиба Мессершмидта к этим скалам прибыл Иоганн Георг Гмелин. Он приплыл сюда, как и его предшественник, на судне по реке Томь. Из его записей следует, что это случилось 2 октября 1734 года, примерно в 6 часов вечера.

Мы должны представить предвечерний пейзаж на реке Томь и скалы, именуемые Томской писаницей. Что же это такое? Нам она интересна не менее, чем Гмелину почти триста лет тому назад.

Сегодня здесь музей-заповедник. Место в Яшкинском районе Кемеровской области, в самой южной Томской писаницы. Надо сказать, что это целый комплекс скал длиной в пятьдесят километров. Скалы тянутся от деревни с живописным названием Писаная до города, который имеет не менее историческое название — Юрга. Скалы эти испещрены рисунками древних людей. Древняя панорама жизни наших предков, дошедшая до нас! Исследователи пишут, что кроме основной писаницы, в этих местах найдены другие скалы с рисунками. Пока насчитано 280 изображений, которые относятся к IV и I тысячелетиям до нашей эры.

Вместе с Гмелиным и его спутниками был и молодой русский учёный С. П. Крашенинников, который также оставил свои описания.

В данном случае Гмелин выступил как очевидец, увидевший древность и записавший свои впечатления. Вместе с тем, его записи — отчёт скрупулёзного немецкого учёного руководству, которому он обязан столь удивительным путешествием.

Всех интересующихся записями Гмелина отсылаю к поисковым системам, записи легко можно найти в интернете. Мы попытаемся увидеть этот отрезок из жизни И. Г. Гмелина вживую.

2 октября 1734, после обеда, он отправился в путь по реке из Сосновского острога. И тут мы должны «споткнуться» об этот острог. Где это и что это? Ныне это деревня Сосновый острог, которая находится в Кемеровской области, место впадения реки Сосновка в реку Томь. Острог был построен в 1637 году. Значит, участники Второй Камчатской экспедиции в 1734 году останавливались в этом остроге, а оттуда двинулись к «Писанному камню», который находился на правом берегу Томи.

Примерно через четыре часа после отплытия Гмелин и его спутники добрались до писаницы. Уже вечерело, учёный слышал, что на скалах есть рисунки, увидеть снизу, да ещё вечером было сложно. Тогда он приказал принести из деревни лучины. Сделав факелы, юноша (Гмелин) в ночной темноте стал взбираться по камням на скалу. Вот какое было нетерпение!

Он взобрался по кручам на вершину, увидел при свете факелов множество рисунков, но разобрать их было невозможно. Горели факелы, пламя плясало и показывало лица людей, скалы, рисунки, внизу отсвечивала ночная река, И нетерпеливый Гмелин решил заночевать здесь, прямо на вершине, дождаться утра и разглядеть рисунки древних жителей Сибири.

Он отошёл от скалы и устроился ночевать. Вряд ли он спал. Он пишет, что с рассветом был уже на ногах. Скала, на которой были вырезаны рисунки, являла собой сплошной сланец, который исследователь называет шифером. Местами сланец перемешан с кварцем. Гмелин определил вышину скалы в 10 сажень, в переводе на нашу систему — 20 с лишним метров. Делая подробное описание скалы, Гмелин отмечает характерные моменты, которые бросаются в глаза.

Выделим их.

Во-первых, сами рисунки сделаны острым предметом, характер рисунков не везде однозначный.

Во-вторых, Гмелин отмечает, что древние художники использовали либо канаты, либо леса, так как делать такие работы в полный рост, будучи на одном месте, невозможно.

В-третьих, верхние и нижние рисунки совершенно отличаются друг от друга как по исполнению, так и по характеру и цвету камней.

Что же увидел Гмелин на самих рисунках?
Это были фигуры оленей, косуль, лошадей, лосей, людей, а также рисунок рыбы. Надо полагать, что все рисунки были значительных размеров.

Молодой учёный и его спутники скрупулёзно изучили «писанные камни», все подходы и подступы к ним, наиболее выгодные места для осмотра, а также характер самих камней. Вместе с тем, Гмелин с сожалением отмечает, что рисунки древних людей во многих местах испорчены современниками.

Учёный, будучи замечательным художником, сделал рисунок памятника и передал его профессору Г. Ф. Миллеру, который был руководителем отряда, и ему же поручалось собирание предметов истории для предъявления цивилизованному миру.

Даниэль Готлиб Мессершмидт, побывавший на Томской писанице в 1721 году, видимо, не сделал его описания. И. Г. Гмелин стал первым учёным, создавшим подробное описание этой скалы.

Сделав детальное описание и точную копию скалы, учёный отплыл от этого места в полдень 3 октября 1734 года. На всю работу ему понадобилось ровно 24 часа, включая короткий сон, если таковой был.

Нам остались эти описания, рисунок, благодаря которым я постарался воспроизвести один день из жизни великого немецкого юноши, который в числе других учёных, открыл нам наше Отечество. А как мы к ней относимся, это уже на нашей совести. Почему же нам, сибирякам, иногда хочется читать стихи о Родине на немецком языке?

Продолжение следует.

В блогах публикуются оценочные суждения, выражающие субъективное мнение и взгляды автора, которые могут не совпадать с позицией Всероссийской политической партии «ПАРТИЯ ДЕЛА».

Источник фото: Яндекс

Назад к списку
Поделиться
Следующая запись
Бесконечный выбор честности