Страна обсуждает итоги мноходовок кремлёвских сидельцев. В социальных сетях, ютуб каналах и блогах витают всякие бредовые слухи и доморощенные мыслишки: «Россию опозорили, украли, обманули, режим вот-вот падёт…». Кто, когда, зачем, кому это нужно? В общем, по себе погонишь — ни за что не ошибёшься. У меня такое ощущение, что в стране всё время пытаются поменять одну честность на другую. Причём выбор бесконечный. Изменённая честность — всегда обман и подлость. Жить всё время в подлости невозможно. Выход один: не жить в подлости, не гомонить о ней из всех щелей и на всех углах.

Работающему человеку время от времени надо приходить в себя. Оглядываться, прислушиваться, стараться понять. Что на этот раз? Оказывается, пока я был погружён в литературные и физические работы, по городам и сёлам страны снова неслись, по выражению бессмертного Н. В. Гоголя, курьеры. «И в ту же минуту по улицам курьеры, курьеры, курьеры… можете представить себе, тридцать пять тысяч одних курьеров!» Насчёт цифр не знаю, но, полагаю, их было чрезвычайно много. Охмуряли из всех углов и отверстий. Ничего нового, а потому всё скучно и заведомо известно.

Об этом ещё давным-давно написал Игорь Миронович Губерман:
Можно в чём угодно убедить
целую страну наверняка,
если дух и разум повредить
с помощью печатного станка.

Печатный станок и телевидение, конечно, остались, но к ним добавились поразительные по результативности явления и инструменты охмурения. Всё — в помощь и на пользу человека. И тридцать пять тысяч курьеров — впустую. Дело в том, на мой взгляд, что в результате смотра сил и возможностей господ и рабов произошло очень важное событие: появилась определённость, ясность.

Кто поверит, что миллионы вменяемых людей читали изменяемую Конституцию, тем более какие-то 206 поправок к ней? Обычно, когда я прошу аудиторию поднять руки тех, кто лично, от первой до последней буквы, написал диплом, то таковых не находится. Исходя из своего опыта, полагаю, что в стране будет трудно найти тех, кто не только прочитал 206 изменений к основному, гарантирующему права и свободы, документу, но и сам документ. Неверие в какие-либо законодательные акты и нормы в стране традиционно, и эта традиционность общепринята всем социумом, в которой само беззаконие — и есть закон. Все поступки и действия в такой стране всегда были незаконными, а потому — фиктивными. «Закон, что — дышло…» Не забыли?

Результаты любого голосования в такой стране — тоже фикция, но, тем не менее, говорят о легитимности существующего режима. Легитимность, как известно, явление психологическое. Кто, как и чем, каким экспериментальным путём может измерить, проверить легитимность? Кстати, как и историю или любое гуманитарное явление? Но ясно одно: если власть существует, значит, она признана людьми, значит, люди согласны с действиями такой власти, иначе бы она не существовала. Вместе с признанием власти, люди признают и свой социальный статус, позволяющий в данном случае поступать с ними так, как угодно власти. Особенно такой статус проявляется во время всяческих опросов, референдумов, выборов. Приди на выборы! Пришёл. Проголосуй! Проголосовал. За что и как проголосовал — не важно. Важно то, что принял участие в фикции, признал фиктивность, узаконил в очередной раз такое положение дел, утвердил их на какой-то срок, а то и навечно. Что получил лично для себя? А вот что: холопство в себе возвысил, а человека растоптал. Общение стало возможным только с такими же, как и сам, холопами…

Какой нормальной человек признает семидневное голосование законным и настоящим? Но общество повязано беззаконием и фикцией, возведёнными в закон. Ты должен поступать так, как поступают все, а если так не поступаешь, то становишься врагом народа. У тебя должен быть списанный, переписанный в тысячный диплом, не читанная Конституция, законы, не имеющие силу, распиленный бюджет, ты должен верить в ясновидящих, шаманов, во всяких богов, во всякие бессмысленные ритуалы, при этом иметь ещё научную степень и какое-нибудь звание. Ты сам — фикция и вся твоя жизнь — фикция, и всюду скачут тридцать пять тысяч курьеров, которым уже не надо охмурять тебя. Чертей нынче не требуется делать, они рождаются сами, бюллетени не надо проносить в трусах и вбрасывать в урны, выборы не надо имитировать, ибо они сами имитация.

Так с какой стати нормальный человек должен участвовать в этой ненормальной жизни и растаптывать своё достоинство? Зачем ему, имеющему нормальное сознание и здоровое мировоззрение входить в общество с изменённым состоянием сознания? Зачем ему участвовать в этих смотрах господ и рабов, зачем ему обнулять уже существующие нули? Зачем честному человеку всякий раз удостоверяться и доказывать всему миру, что он честный? Почему он всё время должен доказывать, что ничего плохого не совершит и не может совершить, ибо такова его природа? Пусть доказывает тот, кто сомневается в том, что легитимность его дутая и держится на подачках.

Всякая фикция нормальному человеку неинтересна и неважна. А всё и все, кто действуют в рамках повестки изменённого состояния сознания, призывая стать такими же остальных, находятся от него на таком расстоянии, что любое приближение навстречу друг другу просто исключено. И слыша разговоры о том, что кому-то и какая-то поправка понравилась, а кому вовсе не нравится, нормальный и честный человек только недоумевает и хотел бы побыстрее забыться в каком-нибудь деле, чем слушать всякий бред, только ухудшающий состояние больного ума окружающих.

Прошедший смотр согласных друг с другом господ и рабов, вероятно, кроме многих других, ставил и ещё одну цель: показать, что нормальных и честных людей, не приемлющих и не признающих существующую фикцию и изменённое состояние сознания, ничтожно мало. Но устроители смотра, впрочем, как и во многих случаях, ошиблись и на этот раз. Не ошибиться они не могли, ибо любая фикция — ничем другим, кроме ошибки, быть не может. Нормальных и честных людей, как и всегда, оказалось много. После прошедшего «смотра сил» станет ещё больше. Ни один нормальный народ не признает другой лучше и главнее себя, ни одна религия не признает другую лучше и чище остальных, ни один нормальный человек не согласится быть пожизненным холопом.

А пока — затишье, то есть для одних — очередное привыкание и приспособление к новой реальности, для других — осмысление произошедшего. Миллионы людей откатились назад для разбега. Всякая задержка — обратная сторона стремительности.

Власть начинается тогда, когда её начинают признавать, то есть живут в рамках её повестки. Но людям становится неинтересной и повестка власти, угасает интерес к разным блогам и ютубам, не говоря о телевидении и газетах, всякое упоминание о власти вызывает раздражение или недоумение. Все понимают, что голосование — очередное и обычное беззаконие и фикция. Это как в ситуации, когда никто не верит в бога, но молятся все, ибо так положено.

о, о чём я написал выше, не новость: страна была такой в течение известных мне десятилетий. Но с каждой ошибкой власть меняла общество. Процесс долгий, не измеряемый одной человеческой жизнью, но неизбежный и обязательный. Ведь всё случается в свои сроки и, главное, — обязательно.

Кстати, я обещал, что продолжу разговор о Швеции. Это более интересно, чем все заклинания российских авторов о положении в стране на разных каналах. Так вот: ежегодно шведы импортируют почти полтора миллиона тонн мусора. Сотни тысяч домов и пятая часть теплоснабжения этой страны пользуется энергией от переработанного мусора.
Верю, что придёт время, когда и Россия дойдёт до такой культуры, и тридцать пять тысяч её курьеров займутся переработкой мусора, накопленных за века рабства и беззакония. И никому не придёт в голову начинать жизнь с нуля и изменять честность. Это будет по умолчанию, само собой…

В блогах публикуются оценочные суждения, выражающие субъективное мнение и взгляды автора, которые могут не совпадать с позицией Всероссийской политической партии «ПАРТИЯ ДЕЛА».

Источник фото: Белрынок

Назад к списку
Поделиться
Следующая запись
Аргунский острог