Региональный руководитель, обошедший на выборах в 2018 году кандидата от «Единой России», был арестован в четверг по обвинению в организации убийств в 2004–2005 годах. Митинг и шествие против его ареста стали самыми массовыми в современной истории Хабаровска — по оценкам наблюдателей, на улицы вышло более 30 тыс. человек. Участники акции возмущались не только демонстративным арестом «своего» губернатора, но и другими действиями федеральной власти. Протесты прошли мирно, а полиция так и не вмешалась.

Сергей Фургал был задержан в четверг, 9 июля, и уже на следующий день прошли первые, пока еще немногочисленные, акции в его поддержку. В Комсомольске-на-Амуре более 50 человек вышли в пятницу на несанкционированный митинг, они скандировали «Свободу Фургалу!» и «Отдайте нашего губернатора!». Участники митинга напоминали, что в Москве под домашним арестом по делу о хищении находится другой популярный дальневосточный политик Виктор Ишаев, губернатор Хабаровского края в 1991–2009 годах. Задержание действующего главы участники митинга назвали оскорблением и демонстративным проявлением неуважения к воле жителей края.

На губернаторских выборах в 2018 году Сергей Фургал в первом туре при явке чуть более 36% обошел действующего губернатора-единоросса Вячеслава Шпорта всего на 675 голосов. Во втором туре кандидат от ЛДПР получил 69,57% при явке более 47%. Господин Шпорт во втором туре получил лишь 27,97% голосов. В 2019 году Сергей Фургал закрепил успех — в региональном заксобрании партия ЛДПР получила подавляющее большинство голосов, избиратели прокатили практически всех единороссов.

Пятничный митинг закончился мирно, но в соцсетях жители региона призывали друг друга выйти на протест в субботу. В аккаунте Сергея Фургала в Instagram, который сотрудники пресс-службы губернатора продолжают вести и после ареста, поблагодарили всех за поддержку, но предостерегли от проведения несогласованных акций. «Ваши порывы выйти даже на стихийные митинги и акции протеста по-человечески воодушевляют, но мы не призываем никого к этому. Не хотим, чтобы кто-то пострадал»,- говорилось в обращении.

Лояльные федеральному центру чиновники также заметили призывы в соцсетях и приняли превентивные меры. Муниципальные власти Хабаровска (мэрию возглавляет единоросс Сергей Кравчук) перекрыли вход на центральную в городе площадь имени Ленина. На металлических решетках разместили объявления, что 11 июля тут пройдут дезинфекционные мероприятия в связи с профилактикой коронавируса. Тем не менее люди начали с самого утра стекаться к площади. Протестующие несли плакаты «Я/Мы Сергей Фургал», «Свободу Фургалу!», в толпе выделялся мужчина с огромным полотнищем «Он не давал едросам воровать». Когда по периметру накопилась первая тысяча протестующих, люди прорвались через ограждение и вышли на площадь. Они начали скандировать «Свободу Фургалу!» и «Москва, уходи!». Очень скоро площадь перестала вмещать протестующих, и тогда люди пошли колонной по центральным улицам города, продолжая выкрикивать лозунги в поддержку губернатора. Несмотря на то что протестующие заняли часть проезжей части, водители поддерживали их одобрительным бибиканьем.

Многие авто были украшены наклейками с надписью «Я/Мы Сергей Фургал» и изображением бело-зелено-голубого флага Хабаровского края. Такие наклейки и футболки печатали сами протестующие: «Медиазона» приводит рассказ сотрудника местной типографии, к которому, по его словам, приходили полицейские.

Когда голова колонны выходила к площади Славы, ее хвост в точке выхода все еще пополнялся прибывшими. По оценке корреспондентов «Ъ», в шествии участвовало порядка 30 тыс. человек — беспрецедентная для города цифра.

Очевидцем протестов стал секретарь Федсовета ПАРТИИ ДЕЛА Алексей Лапушкин, он рассказал «Ъ», что в эти дни приехал в Хабаровск открывать региональное отделение партии. По мнению политика, акция не была никем спланирована, а люди, принявшие в ней участие, стихийно возмутились формой задержания губернатора. «Я около часа ходил с колоннами по Хабаровску и разговаривал с людьми, — говорит господин Лапушкин. — Их возмущение во многом понятно: арестовывать в такой, на мой взгляд, избыточной, показательной форме захвата не было смысла. По мнению хабаровчан, трансляция этого на всю страну была перебором. Это их оскорбило».

Кроме того, отмечает политик, протестующие сомневаются в виновности губернатора, поскольку вменяемое ему преступление было совершено 15 лет назад. Жителям непонятно, почему об этих подозрениях не знали правоохранительные органы и спецслужбы, «а если знали, то почему Фургал успешно проходил проверки перед избранием в Госдуму и на пост губернатора».

«То, что это было стихийное выступление и оно носило характер гражданского протеста, для меня абсолютно очевидно, — продолжил господин Лапушкин. — Там были жители разных возрастов, разного социального положения, с самостоятельно изготовленными плакатами. В этом действии участвовали почти все люди, которые были в центре города. Ну и когда восемь из десяти проезжающих машин гудит в поддержку, это создает определенную атмосферу. Хабаровск был оглушен возмущенными гудками автомобилей. Ни одного флага политической партии я не видел, сепаратистских или антипрезидентских лозунгов я тоже не слышал. Пару раз услышал лозунг «Дальний Восток — сила», что, на мой взгляд, является проявлением местного патриотизма». 

Он добавил, что протест был мирным: некоторые люди пришли с детьми, многие дисциплинированно носили маски, полиция никого не задерживала. «Я обрадовался действиям полиции, они просто обеспечили охрану правопорядка, — рассказал господин Лапушкин. — Было перекрыто движение на ряде улиц, перед протестующими двигалась машина ДПС. Все въезды на улицы, по которым следовала колонна, были также перекрыты машинами ДПС, чтобы избегать наездов на протестующих. Полиция не вмешивалась». 

Политик добавил, что, «учитывая настрой людей», с которыми он пообщался в ходе акции, на его взгляд, «сегодняшними протестами дело не ограничится».

Полностью материал читайте на сайте газеты «Коммерсантъ»
Фото: Александр Колбин/«Коммерсантъ»

Назад к списку
Поделиться
Следующая новость
Чем больше нулей, тем меньше других цифр: что происходит с реструктуризацией в России