Я всегда смотрю на обстановку в избирательных участках, есть родственники, знакомые, или случайно пересекшиеся люди: и, в общем, похоже, как сообщают после выборов — так оно и было в реальности.

Вообще, на мой взгляд, и раньше не было массовых фальсификаций. Даже на скандальных выборах 96 года. Правда, я говорю о выборах в московском регионе, как там в регионах — не знаю.

И сейчас примерно половина тех, кто политически активен, поддержали правящую партию. По большому счету, наши федеральные выборы — не выборы, а референдум по теме доверия/недоверия власти. Те, кто голосует за конкурентов, иногда хотели бы радикального изменения политики, иногда — в принципе удовлетворены существующим, но в частностях хотели бы каких-то изменений. А поскольку конкурентов несколько, и изменений хочется всем разных, то равнодействующая лежит в русле некоей средней политики.

Поэтому даже несмотря на то, что процент «за» ЕР меньше половины, всё же она референдум выиграла, то есть поддержку населения получила.

Это было не совсем очевидно. Недавно были приняты тяжелые, трудные решения — например, пенсионная реформа. Оппозиция со всех сторон пыталась на этом сыграть — и, в общем, не получилось. Люди не то поверили, что это неизбежное решение (не может пенсионная система остаться прежней, когда число пенсионеров сравнялось с числом работающих), не то просто простили власть ради остального.

Похоже, тем не менее, что руководство страны даже опасалось поражения на выборах. Не тотального — просто любой результат, кроме конституционного большинства, в наших условиях — это поражение, потому что коалиционное правление не будет дееспособным. Оно сможет только поддерживать существующее положение, а каких-то решительных шагов предпринять не сможет.

Видимо, поэтому на передний план в качестве фронтменов правящей партии были впервые выдвинуты наиболее авторитетные члены правительства: минобороны — С.Шойгу и МИДа — С.Лавров.

Лавров руководит МИДом 17 лет, и заработал авторитет задолго до нынешних грандиозных событий. И не только у нас: помню реакцию англичан на его спор с тогдашним британским министром Миллибендом — мягко говоря, малопопулярном в собственной стране. «Ты кто такой, чтобы читать мне лекции?». Этот разговор стал достоянием гласности, потому что даже английские офицеры (скорее всего), обеспечивавшие работу засекреченного канала связи, не удержались, чтобы его не обнародовать. Дело ведь не в умении использовать чужой язык; авторитет у Лаврова, очевидно, и тогда был выше, чем у Миллибэнда. А ведь с тех пор было много событий, и именно министр иностранных дел должен был излагать по ним позицию России — и претензий к нему нет.

С министерством обороны, конечно, ситуация сложнее: состояние армии достоверно проверяется только большой войной. Но тем, кто помнит, что у нас было в 90-е годы, очевидно, что в армии проделана огромная работа. Похоже, улучшилась ситуация со связью, которая проявилась во время «Олимпийской войны», когда командующий армией реквизировал телефоны у журналистов, чтобы связаться со своей артиллерией. Явно наверстывается отставание от партнеров в беспилотниках. Для меня, бывшего военного, понятно, что мы многого не знаем, и слава богу! «Война — путь обмана», это известно с древности — и то, что о деятельности наших военных практически нет утечек, производит самое сильное впечатление. Обсуждают со всех сторон, но реальной информации о том, как работают наши военные специалисты — нет. Даже неизвестно, как правило, есть ли они там или тут. Именно это, а не парады и демонстрации нового оружия, самое внушительное. Ролики умеют снимать и в других странах. Хотя важна и внешняя сторона — даже вид и униформа «вежливых людей» образца «Крымской весны» произвел такое неизгладимое впечатление, что копируется сейчас во всех уголках земного шара.

То же касается профессионализма и других из первой пятерки ЕР — и Дениса Проценко, и двух женщин-политиков. Что можно плохого сказать о человеке, который по сути возглавил борьбу со страшным бедствием, о котором к тому же ничего не было неизвестно весной 2019 года, и который бессменно находится на этом фронте вот уже полтора года?

Но… есть одно но. Эти пять человек представляют оборону, внешнюю политику, здравоохранение, «социалку», внутреннюю политику. Всё это необходимые функции государства. Но всё это, так сказать, «потребляющие отрасли». Они тратят, для общего блага, но тратят то, что заработано другими. Где же те, кто зарабатывает? Где генералы и капитаны нашей новой экономики?

Нельзя сказать, что их совсем нет. Есть люди, которые придумали, спроектировали и реализовали такие проекты, как «Северный Поток», «Сила Сибири», терминал СПГ. Перечень выглядит немного, как бы, односторонним, но что есть, то есть. Сам президент откровенно признает, что экономика наша и жизненный уровень прямо зависят от цен на нефть. И, увы, не очень годятся создатели многих наших проектов на роль «лица партии». Например, разработчики проекта терминала Ямал-СПГ «Сабетта» — американцы, технологию купили у немцев, оборудование для сжижения изготовили китайцы (за 1,6 млрд. долларов — ничего себе, но чего же вы хотели?). Работу при строительстве получили бельгийцы, французы, японцы, кто угодно, кроме… впрочем, прикольный дизайн газохранилищ в виде гиганской банки сгущенки придумала художница Таисия Спирина.

По-другому, наверное, было нельзя, надо было построить быстро, потому что в некотором смысле решались вопросы нашей независимости, а у нас ни технологий, ни производственных мощностей для такого масштабного проекта не было. Нет и сейчас, кстати.

Короче говоря: почему у правящей партии не нашлось для первой пятерки лица масштаба, например, Анастаса Микояна (создатель советской пищевой промышленности)? А тем более кого-то вроде Серго Орджоникидзе (один из создателей советской тяжелой промышленности)? Ответ прост — не решались в последние годы задачи такого масштаба. Не было новой индустриализации. А она нужна позарез. Тогда, в 30-е годы прошлого века, страна готовилась к величайшей войне в истории человечества, и требования к индустрии соответствовали моменту. Надо было преодолеть отставание главным образом в тяжелой промышленности. Сейчас наше отставание иного рода — мы не зарабатываем собственным производством, а это значит, что для поддержания жизненного уровня приходится продавать сырьё, а оно сильно «гуляет» в цене, с понятными последствиями. Из-за этого страна — бедная, а от этого получаются всякие неприятные последствия, в том числе и политические — бедных не уважают.

В общем, единственное, что, можно с натяжкой назвать позитивом, так это то, что высшие руководители государства понимают всю тяжесть основной проблемы. Но и только.


В блогах публикуются оценочные суждения, выражающие субъективное мнение и взгляды автора, которые могут не совпадать с позицией Всероссийской политической партии «ПАРТИЯ ДЕЛА»

Назад к списку
Поделиться
Следующая запись
Что делать с инфляцией