Вчера, 22 мая, в Сахалинской областной Думе состоялось заседание Комиссии по развитию агропромышленного комплекса Сахалинской области, а ранее в Москве 15 и 16 мая прошёл XXIX съезд Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств и сельскохозяйственных кооперативов России, на котором выступали представители российского Минсельхоза. На обоих мероприятиях побывал Иван Ковтун. В интервью корр. ИА SakhalinMedia он рассказал о том, смогли ли федеральные и региональные чиновники найти общий язык с фермерами.

— Иван Анатольевич, какова была основная повестка съезда?

— Она всё та же от съезда к съезду, и это понятно — проблемы остаются всё те же. Минсельхоз убеждал фермеров, что у них всё хорошо, в то время как фермеры из зала говорили чиновникам об отсутствии нормальной газификации и водоснабжения деревень, о повышающихся тарифов на электроэнергию и о том, какие проблемы фермам доставляет третья категория энергоснабжения. То есть при аварии на линии электропередач их обслуживают в последнюю очередь — а для Сахалина это наиболее актуально из-за частоты циклонов, проходящих через наш остров. Один из руководителей сельского поселения спрашивал: как можно сохранить поголовье в частных подворьях, если у сёл банально нет своих участков для выпаса скота?

— Если верить выступавшему на съезде Владимиру Кашину, на селе работает 21 программа поддержки сельского хозяйства, на которую заложены 7,9 трлн рублей. Тем не менее фермеры наперебой говорили о том, что средств не хватает.

— Я могу судить только по своему региону. На Сахалине действует основная Программа развития сельского хозяйства, в рамках которой осуществляется финансирование как сельхозпредприятий, так и частных подворий и крестьянско-фермерских хозяйств. Динамика на острове показывается, что финансирование последних сокращается, а условия специально создаются такие, чтобы частные фермеры не могли претендовать на помощь. Например, в рамках программы 1420 на субсидирование сельхозтехники изначально было заложено финансирование 70 на 30 отечественной техники и 50 на 50 зарубежной (то есть 70 и 50% стоимости, и соответственно компенсировались из регионального бюджета). Два года действовала эта программа, и парк техники значительно обновился: ведь у крестьян была лишь та, что закупалась в 90-е, а это производство 80-х годов.

Также в рамках Программы развития было предусмотрено строительство животноводческих помещений, хранилищ для картофеля и овощей. Тем хозяйствам, которые успели попасть в эту программу, повезло — у нас было построено четыре или пять овощехранилищ ёмкостью свыше 1000 тонн каждое. Но на сегодняшний день изменились и условия программы по субсидированию сельхозтехники (теперь закупка отечественной субсидируется регионом на 50%), и программы по строительству хранилищ — повысили требования к ёмкости хранилищ. Если раньше в её рамках можно было строить хранилища ёмкостью от 2000 тонн, то теперь минимум — 5000. Для этого необходимо подтвердить, что масштаб производства соответствует такому объёму — а, как вы понимаете, фермер такое количество продукции произвести не может.

— То есть напрямую финансирование не сокращают, что позволяет рапортовать о «поддержке фермеров», но создают неприемлемые условия.

— Конечно. То же самое со льготным кредитованием — за второй год действия программы только один фермер смог получить инвестиционный кредит под льготный процент. Почему так получилось? Приведу пример: одно из очень благополучных хозяйств, которое занималось растениеводством и рыболовством и имело хороший кадрово-бухгалтерский потенциал (не каждый фермер может позволить себе держать юриста и бухгалтера «на зарплате»), подало заявку на кредит. Её рассматривали пять (!) месяцев. Разумеется, все сроки за это время вышли — ферме необходимо было готовиться к весенним полевым работам, и в итоге они были вынуждены податься на обычный потребительский кредит.

— Но как можно убедить правительство выделять ещё больше денег фермерам, если федеральный бюджет урезается со всех сторон (если верить поправкам Минфина, внесённым в начале мая)? На то же сельское хозяйство и рыболовство выделяется на 3 млрд рублей меньше, а, например, тот же Кашин с явным намёком приводил в пример страны Запада, в которых до 70% от общего дохода фермера приходится на субсидии.

— Давайте просто сравним объёмы финансирования агрохолдингов и крестьянских хозяйств и посмотрим, у кого какой рост масштабов деятельности мы получили в итоге. Разумеется, масштабы производства отличаются, но динамика увеличения производимой продукции, поголовья скота и гектаров посевной площади говорит в пользу хозяйств — они развиваются быстрее. И не будем забывать, что с их уровнем автоматизации и механизации крупные холдинги дают меньше рабочих мест, чем частные фермы — а на это в ситуации всё возрастающей безработицы необходимо обратить внимание. Развитые хозяйства закрепляют людей на селе, снимают нагрузку с городов.

— Но убедить в этом присутствующих на съезде чиновников не удалось?

— Они покорно сидели, скрупулёзно записывали всё в блокнотики, кивали… Но, боюсь, максимум, чего удастся добиться по итогам съезда, так это адресной поддержки фермеров, которым удалось выступить со сцены и рассказать о своих проблемах. В любом случае всё зависит от региональных ведомств, которым приходится на практике претворять благие федеральные начинания. Могу сказать по опыту Сахалина: у нас изначально пытались очень жёстко решить вопрос с передачей земель от частных хозяйств в руки агрохолдинга. Нам удалось достучаться до властей, и 22 мая на площадке Сахалинской областной Думы мы провели переговоры на эту тему.

 Уже наметились способы решения?

— Да. Региональный Минсельхоз предложил выделить фермерам другие земельные участки взамен отведённых агрохолдингу, причём в непосредственной близости от этих хозяйств. Однако необходимо обсудить вопрос качества почв этих земель — большинство довольно-таки тяжёлые. Поэтому необходимо сейчас договориться о том, кто и в каких объёмах будет финансировать их рекультивацию.

— Также на съезде было объявлено, что одна из его целей — предложить меры по достижению задач, поставленных в новых «майских указах». Согласно им необходимо к 2024-му году увеличить объёмы экспорта продукции АПК до 45 млрд долларов в год.

— И развитие сельской кооперации, не забывайте. Перекос, который произошёл в начале 90-х годов во время приватизации, привёл к тому, что производство сконцентрировалось в руках одних людей, а переработка — в других. Со стороны последних сейчас осуществляется настоящий ценовой диктат, которым очень недовольны фермеры. Последние не могут лить чугун у себя во дворе, строя собственные перерабатывающие цеха, и оказываются в настоящей кабале. Поэтому в последнее время за идею кооперации хватаются как за последнюю соломинку, однако понятия не имеют, чем завлечь туда людей. В советские времена это было куда проще — люди соглашались собирать дикороссы, зная, что за это получать дефицитные джинсы со жвачкой.

Так что развитие системы кооперации — задача чрезвычайно сложная. Лично я могу предложить решение только одной частной задачи по переработке продукции — создавать на условиях государственно-частного партнёрства перерабатывающие центры.

— Да, вы об этом неоднократно упоминали в своих интервью. Как обстоят с этим дела на Сахалине — насколько я знаю, у вас есть и проект, и земля под него.

— К сожалению, пока всё стоит. И всё из-за кооперации — нам было поставлено условие, согласно которому необходимо сначала создать кооператив, показать его деятельность в течение года, после чего нам выделят 70 млн рублей, на которые предполагается построить центр. Возникает вопрос — чем будет заниматься кооператив, созданный для осуществления деятельности по переработке продукции, в течение целого года, если цех для переработки продукции ещё не построен? Вот вам и условия, которые обеспечивает государство.

— В конце прошлой недели премьер-министр представил президенту состав нового кабинета министров. Бывший министр сельского хозяйства и губернатор Воронежской области Алексей Гордеев стал вице-премьером, отвечающим за сельское хозяйство, а министром сельского хозяйства — уже бывший председатель правления Россельхозбанка и сын секретаря Совета Безопасности Николая Патрушева Дмитрий Патрушев. Скажите, пожалуйста, как относятся в фермерской среде к этим переменам?

— Никак. Народ очень от этого далёк. Фермеру главное, чтобы дали землю и возможность работать на ней.

Источник: ИА SakhalinMedia

Назад к списку
Поделиться
Следующая новость
Лидер ПАРТИИ ДЕЛА на Забайкалье, глава завода «МИР» Виталий Гнатышен: С постоянным ростом цен на всё застройщику невозможно выжить